Лави вскинулась.
— Она Неспящая по праву рождения.
— Что⁈ — Янтарные глаза Лавьен округлились. Рейнар нашёл её руку и легонько сжал — успокоить.
Старый урглам безжалостно резал правду.
— Свою кровь ты получила от величайшей чародейки и миротворицы. Истинной дочери Сумрака, — Улсадру вперился в Лави взглядом. — Ширайни Луум твоя прабабка, Бьёрг. Она никогда не была тебе чужой.
Лавьен охнула, прижала ладонь к груди и качнулась. Рейнар обхватил её за плечи и с укоризной глянул на Улсадру.
«Мог бы и помягче!» — сердито крикнул глазами, но старик и бровью не повёл.
— В дороге я расскажу тебе о Ширайни и её великих целях, девочка, — пообещал он. — А пока надо решить с людьми. Что скажешь, принц? Готов принять на себя бремя власти?
Глава 39
Прошлое. Инария. Задний двор королевского замка
Розгач — уже не молодой, лысый, но плечистый и крепкий, устало вздохнул.
— Ну и кого из вас, остолопы малолетние, мне пороть? — выцветшие карие глаза без особого энтузиазма скользнули по нарушителям спокойствия.
Раскрасневшийся Ильрай громко шмыгал носом. Нико стоял белый, как мел. Танмар упёрся взглядом в землю и не поднимал головы — предвкушал, видать, как отец дома добавит. А Рейнар…
— Меня. — Он без колебаний выступил вперёд. — Меня наказывай. Их не трожь.
Розгач усмехнулся.
— Как прикажете, ваше высочество. — Он грозно зыркнул на мальчишек и гаркнул: — А ну пошли прочь, шалопаи, пока не передумал!
Пацанов и след простыл. Рейнар же развязал тесёмки и привычно приспустил штаны. Не впервой.
Вздохнув, он улёгся на лавку.
— Приступай, — скомандовал коротко.
Однако розгач не торопился.
— Его величество изъявил желание, чтобы я использовал ремень, — сказал он. И добавил: — С пряжкой.
Рей с тоской поглядел на розги и напрягся, услышав, как звякнула та самая пряжка. Да уж… Придётся опять выпрашивать на кухне холодную кастрюлю…
— В этот раз вы перешли все границы, ваше высочество.
Рейнар взбеленился.
— Ты здесь не для того, чтобы читать нотации! Делай, что должен, и покончим с этим! Сколько плетей отец велел всыпать? Десять? Двенадцать?
— В том-то всё и дело… — Розгач тяжело вздохнул. — Его величество приказал стегать вас, пока не начнёте кричать и плакать.
Ах, вот, значит как! Ну, отец!..
— Не начну я ни кричать, ни плакать, — буркнул Рей.
— В том-то и дело, ваше высочество. Король считает, я слишком стар и слаб, чтобы наказывать вас, как подобает.
— Слаб? — Рей нахмурился и чуть повернулся. — Да я в прошлый раз неделю сесть не мог!
— Спасибо на добром слове, — розгач невесело улыбнулся. — Но криков-то ваших король не слыхал. Вот и решил, что время отправить меня на покой. А у меня пятеро детей. И жена хворая.