— В ночь Синей Луны я призову тебя на путь вечности, Бьёрг. Никто больше не назовёт тебя смешенкой. Ты станешь ишидари даже в глазах Сумрака. Это моя благодарность за спасённую жизнь.

«Он не любит меня, — с грустью подумала Лави. — Он просто возвращает долг».

— И всё же не говори ей о нас. — Она легла на живот, положив под голову руки. Закрыла глаза. — Её ненависть ядовита, как сок бледной поганки. Не хочу травиться раньше времени.

— Думаешь, она найдёт способ нас разлучить? — Губы Эйла Си гуляли по спине, спускались к пояснице, оставляли дорожку влажных следов вдоль позвоночника.

— С неё станется.

Эйла Си хмыкнул.

— Пока мы оба в Подземье, нам ничего не грозит, — сказал он, не переставая ласкать её. — Скажи лучше, кто тот человек, которому ты обещана?

— Что? — Лави повернула голову и нахмурилась.

— Сумрак нашептал Слепой, что ты обещана человеку, — разъяснил Эйла Си. — Кто он?

Лавьен усмехнулась.

— Ты… ревнуешь меня?

— Нет, — отозвался Эйла Си. — Ревность — удел неразумных. Как и слепая любовь.

Признание больно резануло по самолюбию, и поцелуи вмиг стали противны.

— Тогда зачем спрашиваешь? — Лавьен отстранилась.

— Мне любопытно.

«А любопытство, стало быть, удел разумных!» — сердито подумала Лави, а вслух сказала:

— Обычный человек. Я помню его ребёнком. — Об испытании Улсадру и своём путешествии в бастион Алого Ордена она решила умолчать.

— Хорошо, — кивнул Эйла Си Даар. — Оставь его в прошлом. Через вечность ты пойдёшь со мной, и лишний груз нам не нужен.

Настоящее. Глубины Угрюмых Равнин. Походный лагерь ургламов

Рей сел, захлёбываясь криком. Сердце заходилось в груди, волосы взмокли от пота, налипли на лицо.

— Тише. Тише! — Холодные ладони коснулись разгорячённой кожи. — Ты переполошишь весь лагерь. Посмотри на меня. Посмотри. Ну? Что видишь?

— К-костоп-прав… — выдавил Рей, стуча зубами. Его трясло. — К-кувалда…

Всё те же ладони обхватили лицо, вынуждая сфокусировать взгляд.

— Смотри и говори. Кто я?

Рей поглядел и растерялся. Нет, это определённо не Костоправ. И даже без кувалды…

— Лави… — хрипло выдохнул он, всё ещё не соображая толком, что к чему.

— Да, это я, — кивнула она. — Где мы, помнишь?

Рей осмотрелся. Холщовый полог, жаровня, топчан, перевёрнутый бочонок вместо стола…

— Шатёр, — пробормотал он. — Мы в шатре.

Кошмар отступил. Разжал цепкие когтистые пальцы и растворился в знакомых звуках и запахах. Рей мог поклясться, что слышит, как снаружи храпит Натрог, как фыркают у яслей полусонные носороги.

Обычность показалась сказочно прекрасной.

— Где ты научилась так разгонять страхи? — Он выпил воды и поглядел на Лави с интересом.