После отбоя за мной приходит адъютант Кайдена. Мы минуем кабинетный корпус и спускаемся в старый зал под западной башней. Здесь пахнет пылью, кожей и остывшим железом; на полу ещё заметны белые круги прежних защитных контуров.

Кайден ждёт у дальней стены. Без плаща и парадного мундира он кажется моложе. Лицо у него собранное, зато левая перчатка застёгнута криво, будто он натягивал её на ходу.

— Лекарь разрешил вам встать? — спрашивает Кайден, когда адъютант закрывает дверь снаружи.

Я снимаю с плеч больничную накидку и бросаю её на ближайшую скамью.

— Нет. Зато вы разрешили увезти Илая.

Рука Кайдена останавливается на футляре с измерительными кристаллами. Футляр остаётся закрытым; начать занятие, будто между нами нет Илая, уже не получится.

— Санитар шёл по настоящему распоряжению, — отвечает он наконец. — Задержи я его во дворе, человек, подписавший приказ, узнал бы о проверке раньше нас.

Кайден говорит о приказе, а я всё ещё вижу пустую койку.

— А сейчас Илай где?

Кайден смотрит на меня прямо.

— Не знаю.

Ответ не даёт мне за что уцепиться, поэтому я снимаю рукоять с пояса и кладу её на скамью между нами.

— Тогда учите быстрее. Утром я найду его сама.

Кайден берёт прозрачный кристалл и протягивает мне. Внутри дрожит тонкая синяя искра.

— Клинок вытянул из вас почти треть резерва. Ещё один такой вызов — и источник начнёт рваться по краям. Вы не почувствуете сразу. Сначала станет легче, потом перестанут слушаться руки.

Я вспоминаю, как не смогла удержать край простыни на койке Илая. До этой минуты убеждала себя, что виноват удар контура.

— Почему оружие берёт столько?

Кайден ставит рядом второй кристалл, уже тёмный.

— Потому что вы каждый раз зовёте его так, будто собираетесь умереть в ближайшие минуты. Клятвенное оружие принимает такие обещания буквально.

Мне хочется возразить, но перед глазами возникает пустая урна. В оружейном корпусе я действительно не оставила себе ничего после правды о Рене.

Кайден становится за моим правым плечом, не касаясь.

— Вызовите только ладонь клинка. Удержите мысль на следующем действии. Всю войну оставьте за пределами зала.

Я беру рукоять. Вместо урны представляю утреннюю ведомость лечебницы, где ещё можно найти след Илая. Серебряное лезвие вырастает на две ладони и сразу тянется дальше.

— Остановите, — говорит Кайден. Он не повышает голос, но подходит ближе, когда кристалл темнеет. — Не давите на рукоять. Вы не выжимаете воду из ткани.

Он говорит на языке, который я знаю. Я ослабляю пальцы, и клинок перестаёт расти. Холод остаётся, но больше не выедает пустоту под рёбрами.