После второго глотка я перевожу взгляд на скульптуру Джерри. Аскалон. Я запомнил, как Акира отсылала Аскалон в пространство. Упакованный, он выглядел совсем непримечательно. Просто огромный грузовой контейнер со смешными ушками антенн. Увидев луч в сборе, люди сильно пугались. Им представлялось, будто Акира вздумала переслать мебель на Камень-убийцу. Даже я посмеялся, а про себя подумал: «Господи, все пропало!»
Но она мне объяснила. Космический луч невозможно послать с земной поверхности – атмосфера его сильно ослабит. Аскалону предстояло шесть месяцев полета мимо Марса, к Сатурну, где эта металлическая глыба развернется в оружие, которое прицельно хлестнет по Сэссё-сэки энергией звездного взрыва. Камню-убийце, говорила она, нет спасения. Ее слушали, но на здоровенную коробку поглядывали скептически – на вид ей было через лужу не перелететь, не то что к Сатурну. «А если не долетит?» – спрашивали одни. «А если промажет? – сомневались другие. – Если выстрелит слишком близко к нам и погубит всю Солнечную систему? Не испытать ли сначала?» Честно говоря, мне самому не раз приходили такие мысли. В Акире мало кто сомневался до времени, когда она показала то, что циники уже прозвали «жестянкой с паштетом» и «Мистическим летающим завтраком туриста».
Акира потеряла терпение и отказалась появляться на публике. Тогда люди заподозрили, что она признала неудачу и прячется от стыда. Другие решили, что упакованный луч потому так похож на ящик, что Акира задумала спасать саму себя и заготовила отдельную квартиру в дальнем космосе. Президент всеми силами внушал уверенность, но ему уже никто не верил. Этот неприметный человечек числился лишь последним в длинном ряду актеров и инфлюэнсеров, добившихся достаточной для избрания известности и всегда готовых сказать то, что от них хотят услышать. В президенты стоило бы выдвигать таких, как Акира или Джерри, но тот шнырь был выдвиженцем корпораций. Так что президент чуть не нарвался на импичмент.
Тогда я понял, что вовремя позатыкал несколько ртов. Если бы несогласные остались на местах к тому времени, как публике предъявили этот ящик, весь проект Аскалон разнесли бы руками миллиардов, не способных отличить удар большого метеорита от малого. Не ведающих о шарообразности Земли и готовых считать ее центром вселенной. В жизни не видевших телескопа. Да их и не приходилось особо винить. Черт побери, я сам засомневался, увидев эту коробку.
Но теперь ту Акиру забыли напрочь. Запомнили ее такой, какой она осталась в шедевре Джерри. Святая, сияющим копьем сразившая огненного дракона. Рассекающая небеса. Даже те, кто по возрасту могли бы помнить, отрицают, что сомневались. Уверяют, что поддерживали тех благоразумных, кто, увлекаясь астрофизикой, подтверждал, что Аскалон сработает. Иные рассказывают, как переубеждали соседей-маловеров. А я помню бунты. Солдат, разгонявших толпы на улицах городов. Возрождение всевозможных церквей. Массовые самоубийства. Я помню, как наблюдал все это вместе с Акирой. С Джерри они к тому времени рассорились. У телескопа остались только я и Акира, и еще батальон солдат вокруг. У нее ни на минуту не сдали нервы.