— Я не могу...
Я мягко зажимаю Лайле рот ладонью – точнее, то место под маской, где, как полагаю, находятся ее губы – услышав шаги в коридоре. Тяжелые ботинки с грохотом ступают по деревянному полу, бензопила ревет, и ее низкое гудение – звук из самых страшных кошмаров.
Затаив дыхание, я прижимаю Лайлу к себе, когда актер, кажется, останавливается прямо за дверью. Легкие начинает жечь, им отчаянно нужен кислород; клянусь, я вот-вот грохнусь в обморок. Но тут он снова заводит пилу и уходит дальше по коридору.
Я убираю руку от ее лица, прислоняюсь спиной к стене и жадно глотаю воздух.
— И куда делся парень, который собирался на меня охотиться? — раздается тихий голос Лайлы.
— Очень этого ждала?
— Отчаянно.
Смешок звучит низко и хрипло.
— Хочешь, чтобы я поохотился на тебя, солнышко?
Ее следующие слова заставляют мое сердце пропустить удар.
— Кажется, ты меня уже поймал.
Тяжело сглотнув, я шагаю вперед, вторгаясь в ее личное пространство в тесной каморке, и заставляю откинуть голову назад. Ее грудь начинает судорожно вздыматься, но теперь уже совершенно по другой причине, не имеющей ничего общего со страхом.
— Тебе же понравилось, да?
Она вздергивает подбородок.
— Ты вообще-то тоже смеялся.
— Нет, солнышко. Я думаю, тебе это понравилось вдругом смысле, — шепчу я, кладу руку ей на бедро и крепко сжимаю. По телу прокатывается волна жара, когда Лайла резко втягивает воздух. — Насколько ты мокрая?
Слова срываются с губ прежде, чем успеваю их остановить. Жду, что она меня обматерит или влепит пощечину – и то, и другое было бы вполне заслуженно. Но то, что Лайла отвечает, заставляет тихо застонать.
— Насквозь.
— Это оправдало твои фантазии из темных романов?
— Превзошло все самые смелые мечты.
Звуки дома ужасов заполняют крошечное пространство, смешиваясь с нашим тяжелым дыханием. Где-то вдалеке эхом разносятся крики других посетителей.
Медленно, сантиметр за сантиметром, я скольжу пальцами вверх по ее боку. Как только руки достигают изгиба груди, Лайла выгибает спину, подаваясь навстречу.
Но не сейчас. Я хочу, чтобы она умоляла.
Мне нужно услышать эти слова.
Проведя большими пальцами по ключицам, я скольжу руками под маску и стягиваю ее, открывая лицо моего солнышка. Девушки, которая занимала все мои мысли, кажется, целую вечность. Времени вообще не существовало, пока она не появилась в моей жизни.
Зрачки расширены, ледяной синевы, которую я так полюбил, почти не видно. Щеки горят румянцем. Лайла высовывает язычок и облизывает губы.
— Ты закончила? — спрашиваю я поразительно низким голосом.