Эмми морщится.
— А что такоемуннаястема ?
Несмотря на серьезность ситуации, от того, как Эмми исковеркала слово, с моих губ срывается смешок.
— Иммунная система – это то, что организм использует, чтобы защищать нас от болезней, например, от простуды или насморка. Но система Лайлы ведет себя плохо и работает неправильно.
Эмми прижимает ручки к груди.
— А моямуннаястема работает?
— Да, золотце, твоя работает, и папина тоже.
Ее личико омрачается.
— Но Лай добрая. Почему ее стема злая?
Заправив прядь волос ей за ушко, я честно отвечаю:
— Я бы хотел знать почему, кнопка. Но отвезу ее к врачу и постараюсь помочь, хорошо?
— Хорошо, папочка, ты все починишь. Благодаря тебе Лай станет лучше.
Иисусе.
Я что, снова расплачусь?
Откашлявшись, чтобы сглотнуть подступивший комок, я выдавливаю тихий ответ:
— Спасибо, золотце. Обними меня на прощание.
Обхватывая дочь руками, я вдруг понимаю родителей Лайлы. Понимаю, почему они влезли в долги и планировали взять второй кредит. Потому что если бы Эмми заболела, я бы сделал ради нее все. Вырвал бы собственное сердце и отдал ей, если бы это было возможно.
Я бы сделал все ради своих девочек.
— Я люблю тебя, малышка.
— Люблю тебя, папочка.
Глава 50Лайла
Мама Медведица: Привет, милая, как ты?
Мама Медведица: Все хорошо? Проснулась и никак не могу отделаться от ощущения, что что-то стряслось
Лайла: Господи
Лайла: Ты что, мысли читаешь?
Мама Медведица: Надеюсь
Мама Медведица: Такое занятие точно поинтереснее нынешней работы
Мама Медведица: Что случилось?
Мама Медведица: Можешь позвонить?
Лайла: Наберу, как освобожусь от доктора Монтари
На экране телефона высвечивается мамино имя.
Я прекрасно понимаю: нельзя упоминать доктора Монтари – врача, некогда поставившего диагноз и ведущего мою болезнь с тех самых пор, – иначе мама тут же ударится в панику. Справедливости ради, поменяйся мы местами, я изводилась бы точно так же.
Виновато улыбнувшись Кирану, я показываю экран, но тот лишь отмахивается.
— Господи, ответь. Иначе она с ума сойдет.
С облегчением обмякнув, я подношу телефон к уху и тут же морщусь от резкой боли в локте.
Проклятье.
— Привет, мам, ты на громкой связи. Киран едет со мной в машине.
— Привет, милая! Привет, Киран!
— Здравствуйте, Мама Медведица Карсон.
В ее вздохе поровну паники и грусти. Пожалуй, именно поэтому я все утро откладывала звонок. На глаза наворачиваются слезы; я отворачиваюсь к окну, пытаясь скрыть боль от сидящего рядом мужчины, который видит меня насквозь.
Теплая ладонь ложится на ногу, даря безмолвное утешение.
— Насколько все плохо? — осторожно спрашивает мама. — Раз не можешь держать трубку, значит, совсем худо.