— В этом я даже не сомневаюсь, — он прижимает ладонь к груди. — Но, положа руку на сердце, Киран: эта малышка – самая счастливая девочка в мире, потому что у нее такой отец. На прошлой неделе даже папа отметил, насколько тебе идет отцовство.
На его лице не читается ничего, кроме абсолютной искренности, но я все равно спрашиваю:
— Ты правда так считаешь?
Он горячо кивает.
— Ты рожден быть отцом.
— Думаешь, я хорошо справляюсь?
— Киран, ты дашь фору большинству отцов. Справляешься более чем хорошо.
Я не могу сдержать вздоха облегчения: накопившееся напряжение, о котором даже не подозревал, внезапно отпускает.
— Я думаю только о том, что хочу дать ей то детство, которого у самого никогда не было.
Он дарит мне легкую, грустную улыбку.
— Ты даешь ей это и даже больше, друг. Поверь, Эмми счастлива, — он кивает в сторону льда. — Каждый раз, улыбаясь, она ищет тебя взглядом. Ты заново собираешь девочку по кусочкам после того, как мать ее разрушила.
Грейсон забирает поводок Бэмби у меня из рук.
— Иди, побудь с ней. Она постоянно оглядывается, стоит только улыбнуться; ей нужно, чтобы ты был рядом. Ей нужен папа.
Оттолкнувшись от бортика на внезапно ослабевших ногах, я хлопаю лучшего друга по плечу, обнажая перед ним душу.
— Меня бы здесь не было, если бы не ты. И ее тоже не было... так что спасибо.
Уже во второй раз за сегодняшний вечер я ошарашиваю кого-то признанием.
Прежде чем Грейсон успевает задать хоть один вопрос о том периоде моей жизни, прежде чем буду вынужден вложить кровоточащее сердце в его ладони и признаться, что тот оттаскивал меня от края пропасти чаще, чем могу сосчитать, – я выхожу на лед и качусь вперед.
Потому что я никогда не рассказывал ему о тех ночах, когда лежал без сна, раздумывая о том, чтобы покончить со всем этим, и лишь его имя, высветившееся на экране телефона, или лицо, всплывшее в памяти за секунду до непоправимого, останавливали.
Эмми, возможно, и вернула меня к жизни, возможно, показала ту роль, которую я всегда должен был сыграть, но именно Грейсон наполнил мою жизнь смыслом, когда в некоторые дни хотелось лишь одного – умереть.
Глава 36Лайла
Киран: Прикрепленное фото Эмми
Киран: Пропущенный видеозвонок
Киран: Земля вызывает Лайлу!
Киран: Эмми хочет показать парные костюмы, которые для вас выбрала
Веки кажутся налитыми свинцом, когда чьи-то нежные руки обхватывают меня за плечи и осторожно трясут, заставляя проснуться. Во рту пересохло так, словно туда набили ваты.
— Лайла, милая.
— Мам?
Она вздыхает, опускаясь рядом на кровать.
— Господи, Лайла, я уж думала, ты умерла.