Сергей кивнул. Всё это звучало логично — но требовало мастерства, которого у армии не было.

— Товарищ комбриг, сколько времени нужно, чтобы подготовить штурмовой батальон? Такой, который сможет брать ДОТы?

Карбышев задумался.

— Три месяца интенсивной подготовки — минимум. Лучше — полгода. При условии, что есть полигон с реальными укреплениями, есть инструкторы, есть боеприпасы для тренировок.

— А если нужно десять таких батальонов?

— Тогда — год. И большие ресурсы.

Сергей повернулся к Шапошникову.

— Борис Михайлович, записывайте. Создать учебный центр по прорыву укреплённых полос. Место — где-нибудь в Карелии, подальше от границы. Построить макеты ДОТов — в натуральную величину, из бетона. Товарищ Карбышев — руководитель центра.

— Товарищ Сталин, я преподаю в академии…

— Преподавали. Теперь — практика. Академия подождёт, война — нет.

Карбышев вытянулся.

— Слушаюсь, товарищ Сталин.

— Дальше. Сформировать десять отдельных штурмовых инженерно-сапёрных батальонов. Укомплектовать добровольцами — физически крепкими, смелыми. Вооружение — автоматы, огнемёты, взрывчатка. Подготовка — по программе товарища Карбышева.

— Срок? — спросил Шапошников.

— К ноябрю тридцать девятого — полная боеготовность. Это — полтора года. Должны успеть.

— Успеем, товарищ Сталин.

— И ещё. — Сергей указал на макет. — Этот макет — хороший. Но недостаточный. Нужны детальные схемы каждого узла обороны. С точным расположением ДОТов, секторами обстрела, подходами. Товарищ Синицын, справитесь?

Синицын побледнел.

— Товарищ Сталин, для этого нужна агентура внутри финской армии. У нас такой нет.

— Значит, создайте. Или найдите другие способы. Аэрофотосъёмка, опрос местных жителей, анализ строительных работ. Через год — хочу знать каждый ДОТ в лицо.

— Слушаюсь.

21 мая 1938 года, 09:00. Ленинград, Кировский завод

Танковый цех — огромный, гулкий, пахнущий маслом и металлом. Вдоль стен — станки, краны, верстаки. Посередине — готовые машины: тяжёлые Т-28, выстроившиеся в ряд, трёхбашенные громадины.

Сергей шёл вдоль ряда, осматривая танки. Рядом — директор завода, главный инженер, военпред. Чуть позади — охрана.

— Сколько машин в месяц? — спросил Сергей.

— Двадцать пять Т-28, товарищ Сталин, — ответил директор. — План выполняем.

— Хорошо. Но у меня другой вопрос.

Он остановился у одного из танков, постучал по броне.

— Эти машины — для войны на юге? Или для войны на севере?

Директор растерялся.

— Не понимаю, товарищ Сталин…

— Объясню. На юге — степь, тепло, сухо. На севере — снег, мороз, болота. Этот танк — он для чего?

— Он… универсальный, товарищ Сталин.