— Сибиряки?

— В основном. Есть карелы, коми, буряты. Люди, которые в лесу как дома.

— А те, кто отсеялся?

— Обычные красноармейцы, товарищ Сталин. Храбрые, сильные — но не для этой работы. Боец лыжной бригады должен думать, а не только выполнять приказы. Принимать решения сам, когда командира рядом нет.

Это было ключевое. То, чего не хватало обычной армии — и чему пытались учить на курсах Малиновского.

— Как учите думать?

Мамсуров усмехнулся.

— Ставим задачу — и не говорим, как решать. Дойти из точки А в точку Б, не попавшись охране. Как именно — решай сам. Прошёл — молодец. Попался — разбираем, что сделал не так.

— И помогает?

— Первый месяц — половина попадалась. Сейчас — один из десяти. Люди учатся.

Стемнело быстро. Лес наполнился ночными звуками — уханьем сов, шорохом листвы, далёким лаем собак.

Сергей сидел у рации, слушая редкие доклады. Группы продвигались к цели, соблюдая радиомолчание. Только короткие сигналы — прошли точку, всё в порядке.

Мамсуров расстелил карту, показывал маршруты.

— Первая группа идёт с севера, через болото. Сложнее, но охрана там слабее. Вторая — с востока, вдоль ручья. Прикрывают друг друга.

— Что будет, если одну группу обнаружат?

— Вторая продолжает движение. Задача — выполнить, не геройствовать.

— А если обе?

— Тогда отход. Жизнь бойцов важнее учебного успеха.

Правильный подход. В Испании Сергей видел другое — бессмысленные атаки «во что бы то ни стало», горы трупов ради галочки в донесении. Мамсуров явно вынес оттуда верные уроки.

— Вы в Испании командовали диверсантами, — сказал Сергей. — Расскажите, как это было.

Мамсуров помолчал, собираясь с мыслями.

— Война там другая, товарищ Сталин. Фронт — условность. Сегодня здесь, завтра там. Города переходят из рук в руки. В такой обстановке диверсии — иногда важнее больших сражений.

— Например?

— Мост через Тахо. Держал на себе снабжение целой франкистской группировки. Мы его взорвали — четверо бойцов, ночью, прошли шесть километров по тылам. Группировка встала на неделю — не было горючего, боеприпасов.

— Потери?

— Один убит, один ранен. Двое вернулись.

Один мост — и неделя без снабжения целой группировки. Соотношение усилий и результата — фантастическое.

— Почему это не применяют шире?

Мамсуров пожал плечами.

— Не верят, товарищ Сталин. Командиры любят большие стрелы на картах — удары, охваты, окружения. Диверсии — это мелко, несерьёзно. Не для настоящих военных.

— А вы как думаете?

— Я думаю, война будущего — это не только танки и самолёты. Это связь, снабжение, тылы. Перережь коммуникации — и танки встанут без топлива. Уничтожь штаб — и армия ослепнет. Для этого не нужны дивизии. Нужны маленькие группы, которые умеют делать своё дело.