— То есть, дело в конструкции?

— И в конструкции, и в производстве. Немцы клепают аккуратнее, шлифуют поверхности, подгоняют детали. У нас — план гонят, о качестве думают во вторую очередь.

Сергей кивнул. Это он знал — и из отчётов, и из разговоров с Кошкиным. Советская промышленность умела делать много, но не умела делать хорошо.

— Что ещё?

— Тактика, товарищ Сталин. Немцы в Испании отрабатывают новые приёмы. Пара вместо звена — ведущий и ведомый. Атака с высоты, на скорости. Ударил — ушёл — набрал высоту — снова ударил. Не ввязываются в манёвренный бой, где И-16 сильнее.

— А наши?

— Наши — по-старому. Тройками, четвёрками. Строй — плотный, красивый. На параде — хорошо. В бою — мишень. Пока ведомые крутят головами, ища ведущего — немец заходит сзади и расстреливает.

— Почему не меняют тактику?

Филин замялся.

— Сложный вопрос, товарищ Сталин. Инерция. Так учили двадцать лет, так написано в уставах. Менять — значит признать, что раньше ошибались. А это… не принято.

— Не принято, — повторил Сергей. — Люди гибнут, а менять — не принято.

— Так точно.

Сергей встал, прошёлся по кабинету. Филин следил за ним взглядом — настороженно, но без страха.

— Вот что, товарищ Филин. Когда соберёте «мессершмитт» — испытайте его по полной программе. Скорость, манёвренность, скороподъёмность. Всё. И проведите учебные бои — «мессершмитт» против И-16. С хорошими пилотами, с обеих сторон.

— Это можно, товарищ Сталин.

— И запишите всё. Подробно. Как атаковать «мессершмитт», как уходить от него, где его слабые места. Это должно стать пособием — для каждого истребительного полка.

— Сделаем.

— И последнее. Пригласите на испытания лётчиков из Испании. Тех, кто дрался с «мессершмиттами» и выжил. Пусть посмотрят, пусть расскажут свой опыт. Они знают то, чего не знает никто.

— Списки есть?

— Будут. Я распоряжусь.

Филин встал, взял папку.

— Разрешите идти, товарищ Сталин?

— Идите. И помните — это не просто испытания. Это подготовка к войне.

— Понимаю.

Он вышел. Сергей остался один.

Полдень. Совещание с наркомами — тяжёлая промышленность, машиностроение, вооружение. Рутина: планы, цифры, проблемы. Не хватает стали, не хватает станков, не хватает людей. Всегда чего-то не хватает.

Сергей слушал, задавал вопросы, делал пометки. Голова была занята другим — «мессершмиттом», конструкторами, войной, которая приближалась.

После совещания — обед в кабинете. Чай, бутерброды, яблоко. Поскрёбышев принёс папку с текущей почтой — письма, докладные, жалобы. Сергей листал, откладывал в стопки: срочное, важное, может подождать.

В три часа — звонок. Берия.