— Товарищ Сталин, это очень сжатые сроки…

— Я знаю. Поэтому дам вам всё, что нужно. Людей, материалы, валюту. Но — результат. Не обещания, а результат. Понятно?

— Понятно, товарищ Сталин.

Сергей повернулся к Борисову.

— Товарищ Борисов, вопрос по радиолампам. Готовы предложения?

Борисов встал, раскрыл папку.

— Так точно. Мы изучили вопрос и считаем, что оптимальный путь — закупка оборудования в США. Компания RCA производит вакуумные насосы и автоматические линии для массового производства радиоламп. Стоимость комплекта — около полутора миллионов долларов. Срок поставки — шесть-восемь месяцев.

— Полтора миллиона долларов, — повторил представитель Госплана. — Это большие деньги…

— Это необходимые деньги, — отрезал Сергей. — Без ламп не будет раций. Без раций — проиграем войну. Сколько стоит проигранная война?

Представитель Госплана замолчал.

— Товарищ Борисов, готовьте делегацию. Поедете сами — вы понимаете, что нужно. Возьмите толкового инженера и переводчика. Валюту выделим. Задача — купить всё, что можно купить. Оборудование, лицензии, документацию. Если получится — пригласить американских специалистов на пуск.

— Слушаюсь, товарищ Сталин.

— И ещё. — Сергей обвёл взглядом всех присутствующих. — Этот завод — приоритет. Не просто важный проект — приоритет номер один. Если кто-то будет тормозить — смежники, поставщики, бюрократы — сообщайте мне лично. Разберусь.

Кивки, записи в блокнотах.

— И последнее. Через месяц — доклад о ходе работ. Не бумажный — приеду, посмотрю сам. Площадку, проект, людей. Вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда — работайте.

14 марта 1938 года, 19:00. Ближняя дача

Вечер. Сергей сидел в кабинете, читал документы.

На столе — папка с отчётами из Испании. Донесения, сводки, рапорты. Сухие строчки, за которыми — кровь, огонь, смерть.

«…в бою 5 февраля танковая рота потеряла связь с командованием. Командир роты погиб, радиостанция разбита. Оставшиеся машины действовали разрозненно, без координации. Потери — семь танков из двенадцати…»

«…истребители не получили предупреждения о появлении противника. Атака „мессершмиттов“ застала врасплох. Сбито четыре машины, два лётчика погибли…»

«…батальон оказался в окружении. Связи со штабом полка не было — радиостанция вышла из строя при первом же обстреле. Посыльные не смогли пробиться. Батальон уничтожен…»

Сергей отложил папку. Закрыл глаза.

Связь. Проклятая связь. Сколько людей погибло из-за того, что не смогли передать приказ, получить предупреждение, вызвать помощь? Тысячи? Десятки тысяч?

И это — только Испания. Маленькая война, репетиция. А что будет, когда придёт настоящая? Когда на фронте будут не тысячи, а миллионы? Когда танки пойдут не ротами, а корпусами?