Но руны вспыхнули.

И огонь развернулся.

Отражённый поток ударил обратно, прямо в противника.

Он такого явно не ожидал.

Пламя врезалось в его собственную защиту, сбило стойку и заставило отшатнуться. В этот момент четыре оставшихся диска ударили снова.

Один вошёл в бедро.

Второй рассёк предплечье.

Третий ударил в бок и застрял в ткани защитного одеяния.

Четвёртый прошёл по шее, неглубоко, но достаточно близко, чтобы человек на мгновение понял, как именно мог закончиться этот бой.

Он закричал, отступил и впервые посмотрел на меня не с яростью.

Со страхом.

Это было приятно.

Не потому, что я любил чужой страх. Просто страх мешает людям думать чисто. А сейчас мне очень хотелось, чтобы он думал плохо.

— Я запомню тебя, — прошипел он. — Клянусь, я отомщу. Ты не знаешь, кого тронул.

— Удивительно, — сказал я. — Я как раз собирался спросить.

Он дёрнул рукой.

Серебристо-чёрный летающий артефакт над поляной резко снизился. Руны на его поверхности вспыхнули, сжигая очередной Камень Духа. Противник шагнул к нему, собираясь вскочить и уйти.

А потом врезался в невидимую стену.

Точнее, почти невидимую.

Вокруг поляны поднялась тонкая сетка света. Линии формации вспыхнули одна за другой, соединяясь между деревьями, камнями и участками выжженной земли. Воздух загустел. Летающий артефакт дрогнул, будто попал в липкую воду, и не смог опуститься ниже.

В моей руке появился небольшой диск.

Я заранее бросил несколько якорных пластинок по краю поляны, пока отступал под его огнём. Если бы он внимательно смотрел под ноги, заметил бы.

Но люди с огненным мечом и уверенностью тринадцатого уровня редко смотрят под ноги.

Они обычно смотрят сверху вниз.

Очень удобная привычка.

— Нет, — сказал я и улыбнулся. — Ты не улетишь.

Он резко повернулся ко мне.

— Ты…

— У нас будет ещё долгий разговор.

Я поднял ладонь.

И в этот момент в спину не ожидающему подвоха бедолаги прилетел меч.

Ши Юэ, если быть точнее.

Он прятался все время боя, ожидая возможности. И теперь, когда эту возможность получил, пробил его защиту и за ней грудную клетку.

Впрочем, ублюдок оказался более живучим, чем я думал. Даже после такого не погиб.

«Интересненько…»

Подняв руку я создал Стрелы Душ.

Первая стрела пробила правое запястье.

Вторая — левое плечо.

Третья и четвёртая ударили в колени.

Пятая вошла в бедро.

Шестая прошла через вторую руку, заставив меч выпасть.

Он рухнул на землю и закричал.

Громко.

По-настоящему.

Я поморщился.

Не люблю мучить людей.

Нет, правда. Мучения — грязная работа. От них неприятно пахнет даже тогда, когда крови мало. Они оставляют в голове лишние образы, а в душе — липкий осадок, который потом приходится оправдывать словами вроде «необходимость», «выживание» и «он сам начал».