И честно попытался найти минусы.

Не получилось.

Во-первых, в будущем я и так не собирался ограничиваться только праведными техниками. Праведный путь был хорош тем, что на нём удобнее получать ресурсы, прикрытие секты, уважение слабых и официальные причины для насилия. Но считать, будто сила становится грязной только из-за названия на обложке свитка, было глупостью для людей, которым слишком рано дали белые одежды и слишком поздно объяснили, что мир не обязан соответствовать их вышивке.

Во-вторых, если меч действительно притупляет сочувствие и милосердие, это, конечно, звучало опасно.

Для человека, у которого их слишком много.

Я не считал себя чудовищем. Даже наоборот: в последнее время мне пришлось признать, что в самых неудобных местах у меня всё-таки есть какие-то остатки совести. Очень вредная вещь. Уже один раз она перекрыла мне путь к прорыву. Если проклятый меч способен убрать лишние внутренние колебания, то с точки зрения культивации — это не проклятие, а самая настоящая манна небесная.

В-третьих, облегчённое изучение демонических техник вообще выглядело как подарок.

Конечно, существовал шанс, что меч постепенно сделает меня холодным, жестоким и склонным к еретическим методам.

Я мысленно оглянулся на последние годы своей жизни.

Думаю, секта Облачного Меча этому поспособствовала куда сильнее, чем какие-то проклятые артефакты.

— Теперь я хочу его ещё больше, — сказал я.

Ся Лин повернулась ко мне так резко, будто ожидала услышать всё что угодно, кроме этого. Старик же на мгновение просто застыл.

— Ты не понял, — медленно произнёс он.

— Я понял достаточно.

— Этот меч портит сердце.

— У многих людей сердце и без меча испорчено. Зато они почему-то живут долго и иногда становятся старейшинами.

Старик сжал губы.

— Не шути с такими вещами.

— Я не шучу. Вы сказали, что меч помогает приблизиться к демоническим техникам и убирает сочувствие с милосердием. Для слабого человека это опасно. Для человека с твёрдым праведным сердцем — всего лишь проверка.

Я произнёс это настолько серьёзно, что сам едва не поверил в собственную речь.

Ся Лин моргнула.

Старик прищурился ещё сильнее.

Пришлось продолжить, раз уж образ уже вышел на сцену.

— Если праведное сердце не способно удержаться перед проклятием демонического меча, значит, проблема не в мече. Значит, демоническая культивация просто ближе к истине, чем праведная. Иначе почему же праведный путь, который так любит говорить о чистоте, силе духа и небесном порядке, должен бояться одного старого клинка?

Это была пафосная чушь.

Полная.

В прошлой жизни за такие речи люди либо вступали в подозрительные секты, либо продавали курсы личностного роста. В этой жизни, к сожалению, пафосная чушь иногда работала даже лучше, потому что культиваторы слишком любили говорить о пути, сердце, Небе и испытаниях так, будто каждое их решение обязательно должно звучать как надпись на древней стеле.