— Если ты продолжишь сопротивляться, ты сама знаешь, на что напрашиваешься, — его руки предупреждающе сжали мои трусики. — Это твой единственный шанс. Прекрати дергаться, и я вернусь за руль.
Пошел ты нахуй, Сайлас Солстис.
Я замерла лишь на мгновение, заставив его поверить, будто я подчиняюсь, но едва его руки выпустили меня, я подтянула колени и со всей дури врезала ему прямо в грудь. Свалившись на землю, он пару секунд пытался перевести дыхание, после чего поднялся и навис надо мной.
Мне казалось, у меня буквально пена идет изо рта. Меня не просто выводили из себя его действия — меня тошнило от его поведения. Только законченный психопат мог подумать, будто я буду сидеть смирно и изображать его тихую, послушную жертву.
Низкий, темный смешок зародился у него в груди и громко вырвался наружу, пока он сдергивал с меня белье и подтягивал мои бедра к себе:
— Господи, кажется, я люблю тебя.
Я снова плюнула в него, что лишь придало жестокой силы его первому толчку внутрь меня. Я закричала во весь голос, а он ответил на это громким стоном, подавая мое тело вверх. Я пыталась оттолкнуть его, но не могла. С связанными руками меня совсем не оставалось пространства для маневра. Тогда я решила стать полнейшей противоположностью того, чего он желал, и полностью затихла, пока он вонзался в меня снова и снова. Спустя минуту он раскусил мой замысел, подхватил меня за ягодицы и резко сменил угол, задевая внутри точку, о существовании которой я раньше и не подозревала.
— О нет, у тебя не выйдет делать вид, будто тебе это не нравится. Со мной финты не пройдут. Я знаю тебя.
Очень скоро я уже из последних сил боролась с нарастающим внутри давлением, и он это прекрасно видел, потому что принялся растирать меня тесными круговыми движениями. Эта стимуляция лишь подлила масла в огонь, и я сопротивлялась ровно до тех пор, пока из груди не вырвался сорванный крик.
Он довел мое тело до разряда еще дважды, и я ничего не могла поделать с вырывавшимися стонами при каждом его движении. Мое тело, сердце и душа предавали меня, выбирая его, и я была бессильна это остановить — даже сейчас, находясь у него в заложниках. Кровь струилась по моим рукам, но это лишь добавляло безумия тому, что он со мной вытворял.
— Прекрати быть настолько невыносимой.
После моего третьего оргазма он наконец отпустил себя и излился глубоко внутрь, прежде чем выскользнуть и уставиться на тот хаос, который устроил. Застегнув ширинку, он шагнул к багажнику, достал небольшое полотенце, чтобы обтереть меня, и спортивные штаны, которые натянул мне на ноги. Затем он вернул меня в исходное положение на сиденье и сел за руль.