Его бровь дернулась, и я хихикнула. Звук прозвучал непривычно, но легко. Я сделала круг по кабинету, а затем метнулась на другую сторону за его маской. С каждым издаваемым мною звуком его голова поворачивалась ровно в ту сторону.
— Эмбер, — снова предостерег он, но на этот раз в его голосе проступили игривые нотки. Мне нравилось, как это звучит.
— Сэр. Глаза закрыты.
Слегка качнув головой, он обреченно вздохнул.
Я закрепила маску у себя на лице и пулей выскочила из кабинета. Выскользнув в коридор, я помчалась вперед, шумно шлепая босыми ногами по полу. Я не переставала смеяться, пока не добралась до основного зала. Я осознавала, насколько бредово это выглядело и как нелепо я, скорее всего, смотрелась в этой толпе. Но впервые с момента нашей встречи я бежала не потому, что мне было страшно, — я бежала, потому что хотела, чтобы он бросился за мной вдогонку.
Сайлас
Дверь в мой кабинет захлопнулась с едва слышным щелчком, но как только звук долетел до меня, я уже знал: она ушла. Полсекунды после того, как я открыл глаза, я просто уставился на пустую комнату.
Я исходил из того, что она ушла не потому, что спасалась бегством. Так каков был шанс, что она снова появится с этой своей лукавой улыбкой? Чем больше я об этом думал, тем отчетливее понимал: дело совсем в другом.
Связь, закрепившаяся между нами, мне не причудилась. Не было ни единого шанса, что она не чувствует этого прямо сейчас — того факта, что мы созданы друг для друга. Считанные минуты назад она просила меня прикоснуться к ней, а я ответил «нет» — может, причина в этом?
Мой взгляд впился в дверь кабинета, когда я поднялся на ноги. До этого самого момента я отдавал ей весь контроль, какой только мог. Если сейчас ей комфортно, значит, я могу вернуть себе часть власти. Зная её, она именно этого и хотела — поиграть.
Она не могла просто так сдать мне все позиции, а потом бросить одного. Её место было рядом со мной — прямо у моего бока. Я потянулся к лицу, где должна была быть маска, лишь затем, чтобы осознать: её нет. Я изучил пустое пространство и закатил глаза. Если бы её цель хоть как-то отличалась от игры, она бы не стала её забирать. Будь это любая негативная эмоция, она бы сделала всё возможное, чтобы сломать мои правила из одной лишь чистой вредности. Холодная, бритвенно-острая ясность прошила меня насквозь: она хотела, чтобы за ней устроили охоту.
Мне следовало догадаться сразу, потому что это была она — моя Эмбер. Она пыталась сыграть со мной в игру, принять участие в которой я изначально отказался, ответив «нет».