Я дошел до машины, и в голове было непривычно тихо. Моя рука на мгновение замерла на дверной ручке, прежде чем я сел в салон и завел двигатель.
Всего пару дней, не больше.
Это было необходимо.
Это действительно было необходимо — особенно если это означало, что назад я вернусь уже вместе с ней.
Эмбер
Оттолкнувшись от стены, я убедила себя, что пора собираться на работу. К моему удивлению, тело действительно послушалось. Перебирая вещи, я пыталась найти хоть что-то, что перекрыло бы перманентный маркер, никак не желавший смываться.
В следующий раз, когда я его увижу, я въеду ему прямо между ног.
Помимо брюк, единственным вариантом оставалось платье, которое едва прикрывало его дурацкий почерк. Сделав выбор в пользу прохлады в такую погоду, я решила смириться с длиной и надеялась, что надпись нигде не вылезет наружу. Нанеся немного тональника и собрав волосы в небрежный пучок, я направилась на кухню, чтобы перехватить хоть что-то из еды.
Кинсли была первой, кто меня заметил: она стояла перед плитой и пританцовывала так, будто была на все сто процентов трезва. Как ей это удавалось? Понятия не имею. Бодхи стоял рядом с ней, подставив ей лопатку вместо микрофона.
Колби сидел за столом вместе с товарищами Бодхи по команде и первым увидел, как я вошла в комнату.
— Эй, — отрезал он, и в его тоне сквозила отчетливая злость, когда он поднялся и шагнул ко мне. — Ты не можешь просто так бросать Кинсли ради какого-то левого чувака, Эм. Мы понятия не имели, где ты.
Я кивнула, мечтая только о том, чтобы он убавил громкость. Голова раскалывалась, и я сощурилась, глядя на него:
— Я ни с кем не уходила. Я пришла домой.
Колби, кажется, слегка расслабился:
— Ты всё это время была здесь?
Я снова кивнула и приложила палец к губам, призывая его к тишине, пока усаживалась за стол. Я только-только взяла стакан и налила немного апельсинового сока, как Кинсли издала один из своих коронных визгов, отчего моя головная боль мгновенно усилилась. Взглянув на нее, я поняла, что она отобрала лопатку у Бодхи и теперь тычет ей прямо в мою ногу.
— Ах ты грязная, лживая обманщица! — она перебежала через кухню ко мне и принялась трясти меня за плечи так, что моя голова готова была физически взорваться. — Сайлас?! Это с ним ты была прошлой ночью?!
Ох, блять.
Натянув ткань на ногу, чтобы спрятать его имя, я проигнорировала Кинсли, которая продолжала плясать вокруг меня. Это было легко проигнорировать. Куда сложнее оказалось отмахнуться от взглядов, которые я ловила от парней. Лицо Колби перекосило от презрения, точно такое же выражение застыло и у Бодхи. Они, должно быть, подумали, что я им соврала.