Голос Дениса продолжает звучать в голове. Холодный, сухой, без единой эмоции: «Надень тёмно-синее платье… Ты должна выглядеть безупречно. Это не просьба. Это условие».

Я резко бросаю сапфировый шёлк обратно на кровать. Он в один момент становится мне противен. Пальцы жжет, будто я держала отравленную тряпку. Платье падает бесформенной массой, потеряв всю свою парадную красоту.

У меня остаётся меньше часа.

Я разворачиваюсь и иду в гардеробную. Не раздумывая долго, достаю другое платье. Чёрное, закрытое, с изящным вырезом на талии и декоративным узлом сбоку. Оно заметно проще и дешевле того, что выбрал Денис, и явно не полностью соответствует строгому дресс-коду делового ужина. Но мне плевать.

Я быстро переодеваюсь. Чёрная ткань плотно облегает тело, делает меня строже, взрослее, жёстче. Именно такой я сейчас и чувствую себя внутри. Собираю волосы в низкий аккуратный пучок, оставляя пару тонких прядей у лица. Макияж сдержанный и матовая тёмная помада. Никакой игривости. Никакой «идеальной жены». Сегодня я буду выглядеть так, как ощущаю себя. Женщиной, которую загнали в угол и которая больше не намерена улыбаться через силу.

Когда я уже застегиваю ремешки туфель, во дворе раздаётся звук подъезжающей машины. Я накидываю длинный плащ, полностью закрывающий платье, беру клатч и выхожу из дома, не оглядываясь.

В салоне автомобиля темно и прохладно. Денис сидит на заднем сиденье, полностью погружённый в телефон. Экран освещает его сосредоточенное лицо холодным светом. Когда я сажусь рядом, он едва поднимает глаза на меня.

— Привет… — бросает он рассеянно, почти не глядя в мою сторону, и тут же возвращается к экрану.

Я молчу. Просто отворачиваюсь к окну. За стеклом мелькают мокрые вечерние огни города, размытые дождём. В груди по-прежнему тяжело и больно, но теперь к этой тяжести примешивается тихое, тёплое удовлетворение.

Я выбрала платье сама.

Не то, которое он мне приказал надеть. Не то, в котором я должна была выглядеть послушной и красивой декорацией. Чёрное. С характером. Такое же, как моё нынешнее состояние. Закрытое, тёмное, но с дерзким вырезом, который говорит: «Я здесь не для того, чтобы тебе угождать».

Денис уверен, что я послушалась. Он даже не посмотрел на меня толком. Для него всё идёт как обычно. Жена выполнила указание, села в машину и теперь будет играть свою роль. Эта мысль одновременно бесит и странным образом греет меня изнутри.

Машина плавно скользит по мокрому асфальту. Я смотрю на отражение своего лица в стекле и едва заметно улыбаюсь уголком губ. Горькая, но настоящая улыбка.