Березин смотрит на меня. Долго, спокойно.

— Может, — говорит он. Но тон такой, что он не поверил и ни на секунду.

— Святослав, — говорю я осторожно. — Я знаю, что ты думаешь. Но полиция не нашла следов. Формально это просто авария из-за неполадки. Может быть, я накручиваю, потому что развод, стресс, и мне везде мерещится, что Денис...

— Ты не накручиваешь себя, у тебя есть для этого основания. — Перебивает он тихо.

— Но доказательств нет.

— Пока нет.

Мы стоим на ночной улице, и я смотрю на покорёженный капот моей машины, и думаю о том, что ещё час назад мы танцевали в пустом ресторане и всё казалось отличным завершением грустной истории. Но, видимо, это еще не конец. Денис так просто не может принять своего поражения.

— Завтра я пересаживаю тебя на другую машину, — говорит Березин. — С водителем и охраной. До тех пор, пока я не разберусь с этим вопросом.

— Это лишнее.

— Лада.

— Я серьёзно, Святослав. Я не хочу жить как в осаде. Тем более завтра развод, и Денису будет уже незачем меня...

— Завтра. Сейчас развод ещё не подписан, — говорит он. — Поэтому машина с водителем. Это не обсуждается.

Я смотрю на него. На это спокойное лицо, на жёсткую линию подбородка, на глубокую складку между бровей.

— Ты умеешь быть невыносимым, — говорю я.

— Знаю, — соглашается он без тени раскаяния. — Машина подъедет в девять утра и будет в твоем распоряжении.

Утром Березин присылает не просто водителя, а чёрный внедорожник, тонированные стёкла, водитель молчаливый и профессиональный. Я сижу на заднем сиденье и смотрю в окно.

Пока мы едем к нотариусу, Березин пишет одно сообщение:

«Нашёл камеру на соседнем здании. Установили вчера. Занимаюсь».

Я перечитываю сообщение дважды. Потом убираю телефон.

Камера на соседнем здании. Установленная накануне аварии.

Я смотрю в окно и думаю о том, что мне следовало бы почувствовать страх. Но вместо страха внутри странная, почти неуместная уверенность. Что Березин занимается. Что он разберётся. Что мне сейчас нужно думать только об одном.

Нотариус. Документы. Подпись.

Конец. Я этого ждала так долго, что до сих пор не верится.

Когда я вхожу в кабинет, Денис уже там.

Сидит с уверенным лицом, безупречный, как всегда. Тёмный костюм, сдержанный галстук, то выражение лица, которое я пять лет читала как спокойствие и только потом поняла — это не спокойствие. Это пустота.

Он смотрит на меня, когда я вхожу. Ни слова. Только один проникновенный взгляд. Холодный, оценивающий, с той долей презрения, которую он никогда не скрывал по-настоящему, просто раньше я не хотела её видеть.