— Мент, — прохрипел Половцев. В груди расцвел огненный шар боли.
— Точно. И моя девочка сейчас с ним. Хороший парень, хоть и западло мне. Но, любовь то зла. Даже тут вы с сынулей нафоршмачили. Как ты вообще концерн удержал с такими то умениями?
— Вызови скорую, — прохрипел Алексей Николаевич.
— А что? Умирать страшно, да, дружище? А меня ты не пожалел. И дочь мою. Жаль, что я слишком великодушен. Эй, куколка, у твоего рта сегодня выходной. Вызови лепилу этому фраеру. И завтра мой кабинет должен выглядеть как раньше, — выкрикнул Майоров в пустоту. Это было последнее, что услышал всесильный Кипчак, прежде чем отключиться.
* * *
— Ира, послушай, — Северцев посмотрел мне прямо в глаза. Рука дрогнула, пистолет показался мне неподъемным. — Ты просто не все знаешь.
— Правда? И что же я не знаю, — задыхаясь от горечи спросила я, все еще не веря в то, что он просто меня использовал в своих целях. А я то дура поверила в то, что вот так бывает. Что можно просто сойти с ума от любви и довериться человеку, которого совсем не знаешь, оказывается. — Что за игру ты затеял, Северянин?
— Ребенок Половцева или мой? — вопрос повис в наэлектризованном от напряжения салоне чертовой машины.
— Это так важно для тебя? — приподняла я бровь. — Говори, что вам всем нужно от МОЕГО малыша? Ну… Сделай так, чтобы мне понравился ответ.
— Ира, это важно. Не глупи. Этот младенец… Ир, ты не нужна Половцеву. Ему нужен только малыш. Тебя устранят, как только он родится. Если он мой. То вас уничтожат обоих. Я должен знать, как нам действовать. Как мне спасти вас.
— Что? — мне кажется, что меня перевернули головой вниз и встряхнули. — Что ты несешь?
— Твой отец…
— У меня нет отца. Я говорила, — задыхаюсь. Не может быть. — Зачем им мой ребенок?
— Он получит все, что принадлежит твоему отцу.
— Очень смешно, — истерично хихикаю я. — Северцев, ты дурак? Мы нищие, как крысы церковные. Жили в дыре, одевались в секонд хенде. Мать работала круглосуточно, пока я в саду на пятидневке трубила.
— Пока ты в саду трубила, матушка твоя ездила в гости к милому Алеше. Она любовница Половцева с тех пор, как ты под стол пешком ходить начала. Серый кардинал. А концерн и все активы принадлежат Майорову Игорю, который отсидел в тюрьме больше двадцати лет по ложному обвинению. Угадай, кто свидетельствовал против твоего отца-космонавта? Ира, это больно, но тебя мать не сдала в детдом по одной причине, ты им быланужна.
— Ты все врешь. Ты лжешь. Зачем? Зачем тогда нищета? Зачем…
— Чтобы раньше времени все не вскрылось. Чтобы ты права не заявила. Тебя держали подальше. А потом как по нотам все разыграли. Глупая провинциалка, богатый мажорик. Ты не могла не влюбиться. Только вот…