— Спасибо, — поблагодарил я, и мы наконец распрощались.

Петербург уже погрузился в легкие летние сумерки. Небо окрасилось в теплые оранжево-красные цвета с розово-фиолетовыми прожилками облаков. Ветерок с Невы не мог раздуть тянущиеся с севера тучи, но вполне легко справлялся с тем, чтобы гонять пакет, за которым носилась ворона. В нем не было еды, но он, видимо, ею пах. Судя по узору, это был пакет из одной сети ресторанов, которая оплетала город.

Я отломил кусок от пирожка и кинул вороне. Та пристально на меня посмотрела, будто оценивая, можно ли принимать от меня еду или нет. Затем в два движения проглотила кусок, довольно каркнула и полетела через канал. Не то звать друзей, не то искать себе новые развлечения.

Мне развлечения были не нужны, прогулка по Невскому и так являлась удовольствием. Прохожих на удивление оказалось немного, что меня безмерно порадовало. Решившись пройтись до метро пешком, нисколько не прогадал. Я брел к набережной, где вода тихо плескалась о гранит. Мимо старых фонарей, отбрасывающих дрожащие блики, и роскошных фасадов. Впереди был Аничков мост — одно из излюбленных мест туристов.

Мысли о деньгах, графине и конверте кружились где-то на фоне, но вечер был слишком хорош, чтобы торопиться домой. Миновав мост, вышел к зданию банка и на мгновение замер.

Людей почти не было, но я отчетливо услышал шаги за спиной. Обернулся. Но позади было пусто.

На другой стороне улицы рассмеялась девушка, подхватывая своего кавалера под руку. А у меня по коже пробежал легкий холодок. Даже все еще горячие ароматные пирожки не спасали ситуацию.

«Это ты?..» — услышал вопрос где-то на границе сознания.

Голос был не моим. Он принадлежал женщине, но рядом со мной никого не было.

Я пошел дальше, отмахиваясь от неприятного чувства слежки.

Шаги послышались снова. Резко оборачиваться не стал. Знал, что духи иногда очень капризны. Они не всегда хотят показываться людям. А порой и вовсе не желают быть заметными, но все-таки пытаются влиять на любое живое существо, попавшееся им на глаза.

Медленно остановившись под табличкой «шестьдесят восемь», замер. Попробовал краем глаза поймать силуэт, который задал вопрос. Пакет с пирожками при этом почему-то прижал к груди, будто бы они могли защитить меня от всего на свете.

Мимо мена прошла женщина. Вполне живая и настоящая. За ней прошел мужчина, что-то рассматривавший в телефоне.

И тут заметил ее.

Высокую призрачную женщину в темном платье и вуали, бродившую на Невском проспекте. Глаза у нее были заплаканные, одежда из прошлого века, а то и раньше. Я не очень хорошо разбирался в моде былых времен, но понял, что она сильно старше графини в своих призрачных годах.