Такого поворота событий я никак не ожидал.
Глава 24 Без лишних голосов
Я всё ещё не до конца верил в происходящее, когда Мещерский выпустил меня из объятий. Парень же отступил на шаг и, кажется, только теперь заметил, что чуть не сломал мне предплечья своим ярким энтузиазмом. Он смущённо кашлянул, провёл ладонью по волосам и, будто спохватившись, сделал ещё один шаг назад, чтобы не нависать надо мной.
Он был довольно крупным мужчиной, и даже, кажется, окреп и набрал вес, что даже на щеках появился некоторый румянец.
— Простите, — виновато произнес он. — Давайте присядем?
Он указал на кресла у стола и я кивнул, осматриваясь. Комната для гостей была просторной, но слишком уж безликой для места, где людям разрешали встречаться с родными и знакомыми. Даже растения и книги на полках не добавляли жизни. Окно с тяжёлыми решётками и мышиного цвета шторами тоже не добавляли уюта. Однако при всей этой пустоте и безжизненности Мещерский выглядел ярким живым пятном, придававшим помещению хоть какой-то светлой энергии.
Он сел на стул, на котором ожидал меня, положил руки на стол, не касаясь локтями столешницы, и пристально уставился на меня с легкой улыбкой.
Мне все еще было не по себе. И из-за тех причин, которые мучили меня раньше, и из-за того, что я шел к человеку, который должен был меня, мягко говоря, недолюбливать, а на деле — кинулся обниматься.
— Рад вас видеть, Павел Аркадьевич, — начал я.
— Ой, как же я рад! — перебил меня он и расплылся в улыбке.
Я нахмурился: передо мной будто сидел совсем другой человек. Тот взъерошенный, беспокойный и почти сломанный человек канул в лету.
Держался он не просто спокойнее, не просто собраннее, с него словно сняли всю ту внутреннюю дрожь, с которой он пришел в нашу первую встречу. В тот раз он был каким-то дерганным и суетливым. Теперь же Павел Мещерский был полон спокойствия, даже какой-то уверенности и внутренней гармонии. Плечи выпрямились, взгляд стал яснее, а движения точнее и мягче. И на лице отразилась тихая твердая собранность, какая бывает у человека, который наконец пришел в себя после очень долгой и тяжелой болезни.
— Вы и правда пришли, — сказал он уже гораздо тише, взяв наконец эмоции под контроль.
— Скорее всего, вы не ожидали видеть меня так скоро, — ответил я, понемногу приходя в себя и наконец перестав крутить каменный браслет с крестиком, который часто помогал мне сосредоточиться в стрессовых ситуациях.
Мещерский опять улыбнулся, и улыбка оказалась удивительно открытой и доброй. Не той, что пытается понравиться, а настоящей. Растерянной и благодарной.