— Давно она здесь? — спросил у настоятеля.
Настоятель взглянул на икону:
— С момента основания храма, наверное, — неуверенно произнес он после паузы. — Точно и не скажу.
— Реставраторы с ней не работали, не знаете?
— При мне, никогда, — ответил он. — А я здесь больше двадцати лет, как вы помните. Она как-то сама по себе всегда у нас. И я не решаюсь ее кому-нибудь отдать для обновления. Мне кажется, что это тот редкий случай, когда возраст только на пользу.
— Согласен, — задумчиво произнес я.
И отметил про себя, что красочный слой действительно выглядел до удивления хорошо. Будто кто-то заботился о ней правильно и очень долго. А потом разглядел на ней плетение. Оно было спрятано под рамкой, и едва заметно пульсировало. Наложено было профессионально. И чем-то подпитывалось. Видимо, кто-то приходил и наполнял его энергией. Ни одно плетение не может существовать десятки лет само по себе. Всегда должен быть какой-то источник. Мне стало очень любопытно, кто и зачем это делает, но настоятель, очевидно, этого не знал и рассказать не мог.
— Ну что. Идем? — послышался за спиной голос Михаила. — У нас еще два храма на сегодня.
— Идем, — ответил я, с неохотой отходя от иконы. — Можете не переживать по поводу иконостаса. Самое сложное это трещины, но я умею с этим работать. Не зря ел семинарские харчи. Кое-чему научился, — улыбнулся я.
Настоятель поднял взгляд на нас, и я заметил в его глазах какую-то теплоту:
— Верю, — пробормотал отец Серафим. Помолчал, потом добавил негромко. — Спасибо вам.
— За что? — не понял я.
— За то, что взялись. И не сказали сразу, что всё очень плохо и надо срочно много денег.
Я улыбнулся:
— Работаем на репутацию. Во благо Синода!
* * *
Настоятель проводил нас до дверей. Попрощался, и мы вышли на крыльцо. Спустились по ступеням и вышли с территории. Я вынул из кармана телефон, чтобы вызвать такси.
— Хорошая церковь, — внезапно произнес Михаил. — Люблю бывать здесь.
Я только кивнул. Уточнил:
— Следующий объект далеко?
Михаил вынул из кармана сложенный вчетверо смятый лист, развернул его:
— Петроградская, — ответил он, сверяясь с записями. — Минут двадцать, если повезёт. Там, правда, работа под потолком. С фресками.
— Фрески — это хорошо, — пробормотал я и набрал номер службы такси. — Фрески это масштабно.
Глава 7 Утренние визиты
Два оставшихся объекта получилось посетить быстро и без происшествий. Фрески на потолке храма, расположенного на Петроградке, требовали плотной работы художника или иконописца, о чем я честно и предупредил настоятеля. Мужчина пытался было уговорить меня хотя бы попробовать взяться за это дело, но я остался непреклонен. Я не имел ни опыта для такой работы, ни команды. Здесь требовалось участие опытной артели, да и работать пришлось бы не на один месяц. А мы с Михаилом на артель походили мало. Пришлось бы работать на строительных лесах под потолком по шестнадцать часов семь дней в неделю. Да и вряд ли бы конечный результат всех бы устроил.