— Да. Мне направили его на отработку назначенных дополнительно часов, но он так хорошо справлялся, что мы решили продлить сотрудничество.

Михаил в этот раз краснеть не стал, кивнул и с достоинством принял похвалу.

— А вы давно окончили семинарию?

— Этим летом. Но вы можете не беспокоиться, у меня достаточно опыта, чтобы взяться за самую проблемную икону в храме.

Настоятель сосредоточенно посмотрел на иконостас, пригладил бороду и опять покивал.

— Знаю, что за нее не каждый возьмется. Я уже обращался сам к специалистам, если честно, еще полгода назад. Но двое отказало сразу, ссылаясь, что такие старинные вещи не страхуются, а гарантий, что все получится, они дать не могут, — признался он. — А третий назначил такую цену, что уже я был вынужден отказаться. А по заявке от Синода вы первый, кто откликнулся.

Михаил все это сосредоточенно слушал и даже, как мне показалось, переживал. Было видно, что парень давно хотел поработать над этой иконой, но ему одному это бы никто никогда не доверил. И когда заявка попала к нам, он первым делом привел меня в этот храм.

При дневном свете, который скудно пробивался сквозь узкие окна, иконостас выглядел величественно, но с отпечатком какой-то великой усталости. Старый, довольно тёмный, «с налетом истории», как я обычно называл сколы, потертости и утраты краски.

— Трещина идет с левого края почти до центра, — начал настоятель, — и шпонка держится из последних сил. Красочный слой пошел трещинами, и я боюсь, что после реставрации, если она пройдет успешно, образ будет выбиваться из общего стиля. Свежая краска обычно ярче старой.

— За это можете не переживать, если мы не будем реставрировать и чистить весь иконостас, а обойдемся только локальными правками, я не стану перекрывать старый слой, лишь восстановлю целостность доски, укреплю ее новой шпонкой и чуть-чуть подлатаю сколы и трещинки. А в будущем, если вы решите вдохнуть вторую жизнь во все образы, свяжитесь со мной, и я проведу работы с учетом локальной реставрации.

— А что с мозаикой? — спросил отец Серафим. — Сперва думал, сами сделаем, попросил рабочих подлатать трещины, но они понятия не имели, как действовать и…

Я кивнул, понимая, что этой фразой он хотел сказать, что стало только хуже.

— Лучше было сразу обратиться за помощью, — мягко произнес Михаил.

— Теперь знаю, — вздохнул отец Серафим.

— Не волнуйтесь. Мы составим инструкцию, вы, действительно, сможете справиться сами. Просто выберите для дела тех работников, кто умеет следовать инструкции.

И пока Михаил с настоятелем обсуждали какие-то свои дела, косвенно связанные с реставрацией, я отошел к ближайшей колонне, чуть в сторону ото всех, и на секунду прикрыл глаза, чтобы почувствовать это место, которое оказалось на удивление светлым, по-настоящему намоленным.