Мысли перескочили на встречу с одержимой. Ее тьма давно растворилась в Свете, не оставив и легкого намека на недавнее присутствие. В памяти всплыли слова демона про тех, кто стоит за убийством продавца краденого. О том, что они существуют здесь с момента основания города. Выходит, жандармерии снова досталось непростое дело. С одержимыми? С проклятыми? Пока непонятно, но ясно одно: я опять впутался во что-то более зловещее и крупное, чем ожидалось.

— Алексей…

Голос товарища вырвал меня из раздумий. Я повернулся в его сторону.

— Иди сюда, посмотри на икону во втором ряду. Там давно трещина, я ее уже видел, но не уверен насчет сложности работ. Хочу услышать твое мнение. Может, ее тоже сразу возьмем.

Я направился к нему, и почти сразу увидел то, что имел в виду приятель. Трещина в правом углу доски оказалась довольно длинной. Издалека ее не было видно, но при ближайшем рассмотрении стало ясно, что мы получили еще одну срочную задачу в список.

Я потрогал раму, осторожно провел пальцами по красочному слою. Он будто бы взвыл, прося о помощи. Трещина змеилась вниз, надломив краску, рваные острые края уже начали топорщиться. Еще немного и икону поведет так же как и ту, ради которой мы приехали.

— Есть отслоение, — заключил я. — Пока незаметно, но если треснет дальше, слой может отпасть.

— Плохо? — с тревогой спросил настоятель.

— Терпимо, — ответил я. — Разберемся, но с ней бы я тоже не затягивал. Несколько дождливых дней, и дерево напитается влагой. Тогда ситуация может усугубиться. Но пока прогнозы хорошие, а мы уже почти готовы приступить к работе.

— Хвала Творцу! — поспешно произнес Отец Серафим и торопливо перекрестился. — Как же я рад, что вы приехали.

Мы обсудили еще несколько деталей по работе, план действий, сроки и риски, коих я пообещал избежать, но по регламенту обязан был предупредить.

Михаил все записывал в блокнот, периодически поднимая голову и щурясь, рассматривая детали. И стоит отметить, что справлялся не хуже Насти.

Работы было много. Даже чуточку больше, чем казалось вначале. Но всё выполнимо. Когда с нюансами было покончено, Михаил убрал блокнот в карман и повернулся к отцу Серафиму:

— Вроде бы все. Когда в Синоде согласуют, я вам отзвонюсь.

— Вдвоем делать будете? — уточнил настоятель.

Помощник кивнул:

— Я вам доверяю, — произнес отец Серафим, но в его голосе я услышал, скорее, не уверенность, а надежду.

Я опять осмотрелся по сторонам, чтобы не упустить ничего, и на месте внести в план все потенциальные реставрационные экспонаты. И почти сразу обратил внимание на небольшую икону в простом деревянном киоте. Тёмная, скромная, незаметная среди новых нарядных образов. Но что-то неуловимое притягивало к ней взгляд. И я направился в сторону иконы.