Чтобы переключить всеобщее внимание, я тоже хлопнул в ладоши и торжественно произнес:
— Ну что, по местам? Гость прибудет примерно через час, но чтобы не быть застигнутыми врасплох, предлагаю сразу занять позиции.
Николай усмехнулся, кивнул Александре, и мы разошлись. Я остался рассматривать подделки документов, репетируя рассказ о том, как бутылочка была изъята из вещдоков и продана коллекционеру, который теперь распродает некоторые образцы из своего тайного частного музея.
И увлекся так, что когда раздался звонок, даже не сразу понял, что именно происходит. Он прозвучал негромко, но в тишине дома показался слишком отчётливым, даже заставив меня вздрогнуть.
Я отложил бумаги в сторону, расправил плечи и пошел открывать гостю. Отпер калитку, нажав на кнопку, и выглянул в окно.
Глава 31 Тайные планы
Любенский прошел во двор, остановился осматривая мои угодья и будто прицениваясь и мысленно выставляя рейтинг всем, что попадалось ему на глаза. Он приехал один, но, вероятно, в авто его ждал водитель. Вряд ли высокорожденный вел машину сам. Может быть, там был и кто-то из охраны. Но брать его с собой Любенский не пожелал. Да и к чему лишние свидетели, когда речь идет о полулегальной сделке на покупку вещицы, за которую другие коллекционеры тоже готовы выложить кругленькую сумму. А ведя торги не стоит привлекать конкурентов. Дешевле обойдется.
Гость производил впечатление человека, привыкшего к тому, что все в мире принадлежит ему. Я узнал его манеру двигаться и прицениваться. Это был тот самый «Чумной доктор», который произвел на меня сильное впечатление на аукционе. Да, сейчас он был без маски и одет официально, не так броско, как тогда. Но это без сомнения был он.
От этой мысли я застыл на месте. Интересно, догадается ли пришлый, кто перед ним? Вспомнит какую-то деталь, которая бросилась ему в глаза или, может, узнает меня по голосу или по манерам. Вряд ли. Но даже если так, это не страшно. Наоборот, такое узнавание добавит убедительности моей роли. Я реставратор, коллекционер, люблю диковинки и хочу заработать, перепродавая вещицу, хозяин которой желает остаться анонимным.
Я вышел на крыльцо встретить гостя. Он тут же растянул губы в сдержанной дежурной улыбке, имитируя радость. Взгляд же при этом оставался холодными. Ледяными, я бы сказал. И у меня мелькнула мысль, что он даже не чумной доктор. Сейчас Любенский больше походил на рептилию.
Дорогой невычурный костюм сидел на нем безупречно: тёмная ткань, тонкая фактура, идеальные манжеты и воротник, дорогущие старомодные запонки. В руках гость держал трость с аккуратной рукоятью, украшенная драгоценными камнями, в которой он не нуждался, но, скорее всего, всегда брал с собой, чтобы подчеркнуть статусность. Все это смотрелось как вторая кожа, которую он может сбросить и принять настоящий облик, если потребуется.