Мещерский кивнул, а потом вдруг встал и протянул мне руку. Я пожал её, почувствовав крепкое, рукопожатие. В его движениях не было тревоги, дрожи или отчаянного усилия держать внимание и фокус на собеседнике. Теперь чувствовались лишь сила и сдержанность. И симпатия, основанная на благодарности.
Но на секунду он все же замялся и едва заметно дернул рукой, будто не зная, куда ее деть. Потом неловко спросил:
— Можно мне… Можно я?..
Я поначалу не понял, и лишь через пару секунд сообразил, что он имеет в виду, и кивнул:
— Конечно.
И Павел Аркадьевич обнял меня ещё раз. Но уже без суматошности и того порывистого напора, что был в начале. В этот раз это вышло коротко, осторожно, по-мужски неловко, но очень тепло. Так обнимают не просто знакомого, а дальнего родственника, которому действительно рад и которого не хочется отпускать слишком быстро.
— Спасибо вам, Алексей Петрович, — тихо сказал он мне почти в плечо. — За всё.
— Берегите себя, Павел Аркадьевич, — так же негромко ответил я.
Он отступил на шаг, и на его лице снова появилась спокойная, ясная улыбка, которая делала его совсем другим человеком.
Я кивнул ему, затем женщине у двери, и вышел в коридор.
* * *
Дверь клиники за моей спиной мягко закрылась, и я оказался в ночной темноте. Двор почти не освещался фонарями, лишь будка сторожа на входе тускло поблескивала благодаря горевшей в окне небольшой лампе, рядом с которой был виден силуэт читавшего газету охранника.
Я зябко поежился. Ночной воздух оказался прохладнее, чем я ожидал. После душных коридоров и стерильного запаха клиники он ощущался почти ледяным. Я направился к выходу. На секунду остановился у ворот, глубоко вздохнул и направился на редкий свет фонарей к остановке, на которой можно было дождаться такси.
Клиника осталась за моей спиной. Здесь, в отдалении от суеты центра города, было куда тише. Влажный асфальт поблёскивал в свете фонарей, ветер шевелил листву, мимо проехала машина, и звук её мотора быстро утонул между домами. Я вынул из кармана телефон, собираясь вызвать такси, когда экран ожил от нового сообщения.
Оно было от Николая. Я открыл эсэмэс почти сразу.
«Завтра в 11 встречаемся в центре. Адрес скину. Есть новости по Рассвету».
Я замер на секунду, потом медленно выдохнул.
Вот и нашлась ещё одна ниточка. Новая зацепка, которая поможет докопаться до истины.
Я убрал телефон в карман, поднял взгляд на тёмный фасад лечебницы и радостно подумал, что завтра будет насыщенный и интересный день.
Глава 25 Обещание
В ожидании заказанного к лечебнице авто я прошёлся по дорожке, стараясь не наступать в лужи, в которых отражались бледные пятна от света фонарей. Вдалеке проехала машина, и звук её двигателя быстро утонул между жилыми домами.