Элси любила его всей душой, она не знала его настоящего прошлого. Я шантажировал полицейского, чтобы он впустил меня в участок ночью, и просмотрел все дела граждан, пока не нашёл его. Его зарегистрированное имя — Джон Бомон, он взял фамилию жены. Его настоящее имя — Коа Козлов, он провёл годы в российской тюрьме, но его преступление не было указано в деле.

Я никогда не рассказывал Элси. Я не мог вынести того, как она смотрит на человека, которого считает защитником, будто он монстр. Она всегда говорила о своих родителях так, будто они каждый день вешают для неё солнце.

Я стоял в стороне и смотрел, как её родители рушатся от потери драгоценной дочери, пока её отец не выместил свою злость на мне. Ему нужно было на кого-то возложить вину за её смерть, и я позволил ему.

Моё лицо превратилось в кровавое месиво — сломанный нос, распухшие губы. Он избил меня до потери сознания.

Когда я вернулся домой, я сразу пошёл на чердак и лёг на матрас, который уже не вмещал моё выросшее тело.

Я некоторое время смотрел в потолок, пока в углу чердака не заметил фигуру. Я сел и уставился в темноту. Белые светящиеся глаза смотрели на меня из угла, пряди белых волос закрывали лицо.

— Ты убил меня, Клейтон, — прошипела фигура.

Я потёр глаза и посмотрел снова. Тень смотрела мне в душу. Моргнул — их уже три, потом пять, потом всё больше. Они окружили меня в тесном чердаке.

Слеза скатилась по моей щеке, я прошептал в ответ:

— Мне так жаль, Элси. Я обещаю, что никогда больше не поведу тебя туда.

Стены начали давить на меня, я задыхался. Тени искажались, их голоса раздавались со всех сторон. Я вцепился в ворот свитера, пытаясь вздохнуть, но тени обхватили руками моё горло, душа меня.

Я боролся в их хватке, пока моё тело не ослабло, и я провалился в беспамятство. Там я снова увидел Элси, падающую в озеро и кричащую моё имя, — воспоминание прокручивалось в сотый раз.

Мои глаза распахнулись, я лежал лицом вниз на полу. Я посмотрел на часы — я был без сознания два часа. Всё тело болело, я с трудом поднялся. Я нагнулся, поднял очки и поправил их на кривой переносице.

— Ты, ублюдок, спускайся сюда!

Я потёр лицо, услышав, как отец зовёт меня снизу. Когда люди стареют, они становятся мудрее — мои родители пошли в обратную сторону. Я спустился вниз и оказался лицом к лицу с отцом. Его губы искривились в оскале, он сжимал в кулаке несколько долларовых купюр и тыкал ими мне в лицо. Я даже не пытался оттолкнуть его — моя душа была пустее, чем когда-либо.

— Какого хрена нам делать с пятью долларами, а? Ты уже давно не приносил денег.