«Прошлой ночью в Гримридже ресторан "Хартстоун" сгорел дотла. Кофемашины были заполнены бензином, что привело к крупному пожару. Владелец недоволен разорённым бизнесом».
Глава 14
Настоящее время
Куколка
Гром сотрясает небо, стекла окон дребезжат. Листья деревьев блестят — проливной дождь смывает грязь. Тупая боль пульсирует в коленях, я сижу на полу у окна, положив руки на холодный подоконник.
За все месяцы, что я здесь, за этими дверьми, это окно от пола до потолка стало моим любимым местом в этом тёмном доме. Я не знаю, как назвать то чувство, которое испытываю, когда сижу здесь часами. Спокойствие окутывает меня, мысли в голове затихают, исчезая бесследно. Тепло разливается в груди, несмотря на холод подоконника под ладонями.
Капли дождя с красивым хаосом ударяются о стекло, соревнуясь, кто быстрее упадёт вниз. Я с заворожённым взглядом наблюдаю за ними. Мои губы приподнимаются, когда выбранная мной капля достигает земли первой.
— Понятия не имею, почему ты продолжаешь мне перечить.
Волосы на затылке встают дыбом, я медленно поворачиваю голову к единственному голосу, который знаю.
Его глаза сужаются, встречаясь с моими, губы сжаты в раздражении. Луч лунного света отражается в серебре его круглых очков.
Мой взгляд скользит по его высокой фигуре и замечает сжатый кулак. Я слегка улыбаюсь и снова смотрю на внешний мир, в котором хотела бы побывать ещё хоть раз.
Озеро у дома тихое и неподвижное, над ним стелется туман, скрывая от моих глаз красоту природы.
Рядом с моим бедром раздаётся мягкий стук — я смотрю вниз и вижу пушистую белую подушку.
Я улыбаюсь и поднимаю взгляд на Клейтона.
— Спасибо.
Он раздражённо качает головой, будто мои слова абсурдны. Засовывает руки в карманы и уходит, поворачиваясь ко мне спиной. Я слышу, как он неразборчиво бормочет:
— Я говорил тебе много раз подкладывать подушку под колени. Деревянный пол груб для твоей кожи.
Он садится в кресло, широкие плечи расправлены, он откидывается назад, раздвигает ноги, устраиваясь поудобнее.
Единственный источник света в нашем доме — лунный свет и тусклый ночник. Клейтон не выносит яркого света — он объяснил, что от него у него закипает кровь, поэтому мы всегда пользуемся свечами или маленькими лампами.
Мягкое свечение освещает его лицо сбоку, делая острые черты ещё выразительнее. Он берёт старую книгу с журнального столика, облизывает палец и перелистывает страницы. Его глаза сосредоточены, я некоторое время наблюдаю за ним.
Ливень, похоже, не утихнет скоро — он становится всё злее.
Тихий храп Клейтона успокаивает меня — он крепко уснул в кресле, книга раскрыта на коленях, очки криво сидят на переносице.