— А ты откуда это знаешь? — удивилась Мелис.

— Мне Мара рассказывала. И бабушка Миши тоже. Она его очень уважает, говорит, что Пётр Алексеевич набрал такую силу, о которой другим и мечтать не приходится. Может к царю в любой момент прийти — и царь его принимает. Представляешь, мама? К самому царю!

— Послушай, дочка, — тихо, но твёрдо заговорила Мелис, беря Лейлу за руки. — Твоё дело теперь — семья, муж и, конечно, дети. Остальное — не твоя забота. И запомни: Пётр Алексеевич — человек благородный и честный. Никогда, ты слышишь, никогда и ни с кем не говори о нём лишнего.

— Понимаю, мама, — кивнула Лейла, а затем, после небольшой паузы, осторожно добавила: — Отец хочет забрать к себе вторую жену с сыном. Говорят, её отец и брат погибли во время набега на Грозную, и она теперь в полной нужде. Её зовут Фатима, а сына — Амир? Лейла внимательно посмотрела на мать, и в её глазах мелькнула лёгкая, понимающая усмешка.— Хорошо, что у русских в обычае — одна жена. Не придётся делить ни дом, ни сердце.

— Не всегда в жизни бывает так, как хочется тебе, дочка. Умей принять достойно всё, что уготовила тебе судьба. Постарайся в любом случае остаться человеком.

Наш выход в море пришёлся на начало декабря. Я облегчённо вздохнул. Возвращался даже раньше планируемых шести месяцев. Мурат носился по кораблю, с любопытством проникая во все щели и потаённые места. Матросы с улыбкой смотрели на салагу, подтрунивая над ним. Паша и Аслан ежедневно гоняли его без всяких скидок. Физические упражнения и работа с ножом, с шашкой. Матросы, когда увидели, что творит с ножом Паша, тихо присвистнув внимательно наблюдали и тихонько повторяли приёмы боя. Нам удалось относительно спокойно преодолеть морской участок пути. Севастополь встречал промозглым ветром с мокрым снегом. Распорядившись насчёт размещения Мехмет Саид-паши, я направился к военному губернатору Севастополя и командиру Черноморского флота адмиралу Лазареву Михаилу Петровичу. Адмирал принял меня сразу, узнав о моём прибытии.

Много наслышанный об адмирале Лазареве, я с большим интересом рассматривал эту легендарную личность.— Здравия желаю, ваше высокопревосходительство! — четко приветствовал я Лазарева.

Крепкого сложения, с заметной проседью, в мундире с множеством орденов и звёзд.

— Здравствуйте, ваше сиятельство! — Загадочно произнёс он в ответ. — Дайте мне хорошенько рассмотреть вас.

— Простите, ваше высокопревосходительство, но не вижу причин столь пристального внимания к мой персоне.

— Ну не скажите, ваше сиятельство. Герой захвата фрегата «Варна», командир корпуса османов, выигравший сражение у Ибрагима-паши. Человек, который смог «умыть» адмирала Нейпира. Продолжать? Нахимов и Корнилов мне все уши прожужжали, чуть ли не подпрыгивая от восторга. А ваше предложение ввести в наши флотские сигналы «Погибаю, но не сдаюсь» дорогого стоит. За одно это честь и хвала вам, Пётр Алексеевич. Вы позволите?