— Мне было всего восемь, когда отец отдал меня, — говорит он. — Я так отчаянно жаждал любви, что искал её повсюду. Прислуге, которая каждый день разжигала в моей комнате камины, приходилось постоянно менять график, потому что я начинал слишком к ним привязываться и умолял остаться со мной. По ночам, когда я должен был спать, я пробирался в конюшни и читал лошадям сказки, будто они были моими друзьями, хотя конюхи твердили, что это не так. Первые несколько лет после ухода отца я по ночам писал ему письма, подробно описывая всё, что сделал за день. Я думал, настанет день, мы воссоединимся, и он захочет узнать обо всем, что я пережил в его отсутствие. Но я перестал в это верить уже довольно давно.
Мне хочется протянуть руку, коснуться его, утешить, но я не могу.
— Мое признание в том, — продолжает Эммет, — что я вырос без семьи, в продуваемых сквозняками дворцовых комнатах, где моей компанией были лишь гувернантка, наставник да батальон игрушечных солдатиков. Всю свою жизнь я провел на коленях, выпрашивая крохи любви. Не знаю, настанет ли когда-нибудь время, когда я перестану быть таким голодным до неё.
Угрюмый нрав Эммета, его безрассудство в делах сердечных — теперь всё встает на свои места.
В ответ я решаюсь на собственное признание:
— Иногда я боюсь, что меня слишком баловали. Мне кажется, родители и сестра любили меня так сильно, что я совершенно не готова к миру, который не любит меня так же.
— Единственный человек на свете, в чьей любви я уверен — это Брам, — отвечает он.
Словно одержимая, я протягиваю руку через пустоту между нами и сжимаю его холодную ладонь. Он отвечает крепким пожатием, и я сжимаю его пальцы в ответ.Я могла бы полюбить тебя. Позволь мне полюбить тебя… Но я не могу, и он знает это так же хорошо, как и я.
Я буду принадлежать Браму, или не буду принадлежать никому.
И теперь единственное, что мне остается — это жить с этой правдой.
Глава двадцать пятая
Если моей любимой историей в книге «Фейри Британских островов» была сказка о дверях в мир фейри, то история Лидии была о короле фейри. Мы заставляли миссис Осборн рассказывать её снова и снова, пока она не стала такой же привычной и затертой, как бороздки на её разделочной доске. Согласно легенде, задолго до королевы Мор, когда Англия еще была диким краем, портал между мирами был открыт. Иные свободно проходили сквозь него, ища возможности заключать сделки и используя хрупких людей как свои игрушки. Доярки уходили в ночь и возвращались на рассвете странно опустошенными. Поля за один полдень превращались в пепел или вдруг давали урожай чистейшего золотого зерна, которое таяло под первым же дождем. Младенцев похищали из колыбелей, оставляя вместо них странные копии.