В зале воцаряется тишина, когда я выхожу из толпы и подхожу к столу.
Королева вглядывается в меня со своего трона.
— Ты желаешь, чтобы твою кандидатуру рассмотрели?
Я вижу себя словно в подзорную трубу, вглядываясь сквозь время, пораженная знанием, что мое будущее «я» оглянется на этот момент и увидит, как моя жизнь разделилась на «до» и «после».
Я расправляю плечи.
— Я представляю себя в качестве претендентки на руку принца.
— Очень хорошо. — Она делает жест лакею, который берет серебряный кинжал в руку, обтянутую белой перчаткой, и протягивает его мне.
Рукоять холодит пальцы.
— Ты подпишешь контракт сейчас, — она делает паузу, оценивающе глядя на меня.
Я смотрю на пустую чернильницу и — о.
Может, было бы лучше притвориться, что я в ужасе, выглядеть слабой и женственной перед принцем. Но я просто хочу покончить с этим.
Я придвигаю хрустальную чернильницу к себе.
Затем я поднимаю кинжал и провожу острием по центру ладони. Я зажмуриваюсь и вздрагиваю, когда лезвие прорезает кожу.
Стук сердца отдается в ушах. Мои нервы так натянуты, что поначалу я ничего не чувствую.
Капли крови набухают, но я прорезала недостаточно глубоко. Я режу снова, медленнее, на этот раз с большим нажимом.
Погружение ножа в плоть вызывает тошноту, но я не смотрю вниз. Я останавливаюсь, только когда чувствую теплый поток жидкости. Я подставляю чернильницу к основанию запястья и позволяю крови стекать в нее.
Когда ее становится достаточно, чтобы обмакнуть перо, я отставляю ее в сторону. Мне следовало бы поднять руку, чтобы замедлить кровотечение, но я не хочу испачкать платье, поэтому вместо этого кладу кровоточащую ладонь на блестящую поверхность стола из красного дерева.
Затем я окунаю перо в собственную кровь и опускаю его на пергамент. В комнате царит тишина. Я слышу только скрип пера и собственное прерывистое дыхание. Алым цветом я вывожу:
Айви Элизабет Бентон
Я поднимаю взгляд на королеву.
Она улыбается, и в этом изгибе ее губ есть что-то ужасное.
— Желаю тебе удачи, леди Айви.
Глава пятая
Кровь с моей руки просачивается к краям свитка и стекает по тонким ножкам стола.
Я поворачиваюсь, чтобы вернуться к матери, но Брам соскакивает со ступеней помоста и направляется вслед за мной.
Он залезает в нагрудный карман и вынимает темно-синий шелковый платок. Ловко обхватив мое запястье своими прохладными пальцами, он притягивает меня ближе. Я издаю тихий вздох удивления.
Он туго обматывает ткань вокруг раны и заканчивает узлом. Затем прижимает средний и указательный пальцы к ткани прямо посредине моей ладони, где пульсирует сильнее всего. Внезапно разливается жар, и боль исчезает.