— Понятно, — согласился Пётр.

Он зачем-то подмигнул монаху, и тот вдруг зарделся как барышня.

— Настоятеля как убили?

— Пытали его, — потупившись, пояснил монашек. — По всему видать, сердце не выдержало. Кровищи было…

— И что, ни одна душа пыток не услышала? Криков, стонов? Или когда ломали всё… Блин! Да тут, когда доски трещали, во всей округе собаки лай должны были поднять!

Монашек отрицательно помотал головой.

— Неправда ваша. Какие собаки⁈ Тут хучь из пушки стреляй — ничего снаружи не услышишь. Хорошо дом сработан, на века!

— Коли так, — с сомнением вздохнул Пётр. — Ладно, на слово поверим.

— Думаете, обманываю? — плачущим тоном произнёс чернец.

— Следствие установит, — туманно сказал Пётр. — Настоятеля, как мы выяснили, пытали, что могло послужить причиной его гибели. А сторожа как убили? Тоже пытки?

— Зарезали, — спокойно сказал монашек. — Токмо есть одна странность…

— Что за странность?

— Сторож службу знал. Исправно нёс, без замечаний. Никого постороннего не впустил бы. А тут сам ворота открыл, ломать не пришлось.

— То есть открыл кому-то знакомому? — ожидающе уставился Пётр.

Монашек пожал плечами. Дескать, вы следователи, вам и решать.

Поняв, что больше толку не добьются, следователи отпустили его с миром, а сами пока остались в доме настоятеля.

— Что, братишка, мысли какие-нибудь появились? — спросил Пётр, которому порученное дело совершеннейшим образом не нравилось. Оно казалось гнилым и безнадёжным с самого начала и походило на предлог, под которым их убрали из столицы. А если расследование закончится пшиком, тогда последствия могут статься весьма неприятными.

Иван почесал затылок.

— Если бы! Пусто, ни единой мысли, — пожаловался он.

— У меня такая же история. Влипли мы. А куда — хрен знает. И ещё… слушай, тебе чернец этот, что сопровождал нас, странным не показался?

— Пискля⁈ — улыбнулся Иван. — Не повезло парню с голосом, что с того?

— С голосом? — задумчиво сказал Пётр. — Если бы только с голосом… Терзают меня смутные подозрения, что чернец этот…

Договорить не успел. В двери деликатно постучали, и, дождавшись разрешения, вошёл толстый потный полицейский в засаленном мундире.

— Здравия желаю, господа, — щёлкнул каблуками башмаков он. — Вы будете следователями из СМЕРШ?

— Мы, — кивнул Пётр.

— Позвольте представиться: Картанеев, бывший нижний чин Ингермарландского полка. Ныне изволю прибывать в местной полиции. Состою при чине капрала.

— Рад за тебя, Картанеев. Какая надобность привела тебя?

— Служба, судари. Не сочтите за обиду, что отрываю вас от ваших дел, но у меня до вас одно поручение: деликатно прошу следовать за мной.