— Сударь, сие крайне необычно. Очень по-варварски. Подобает ли дворянину принимать в этом участие?

— Я свои условия изложил. Если князя они не удовлетворяют…

— Нет-нет! — поспешно оборвал меня Протасов. — Дуэльный кодекс на вашей стороне. Только не думайте, что сим вы сильно облегчили вашу участь. Будучи у галлов, князь проявил немалый интерес к сабату…

— Савату? — уточнил я.

— К стыду своему точно не знаю, — пожал плечами Протасов. — Но это без разницы. Мой хороший друг видел, как дерутся портовые грузчики. Его поразили необычные методы, коими они пользуются. Князь не побоялся нанять себе учителя, говорят самого лучшего. Так что виктория может уплыть от вас в любой момент.

— Вот и прекрасно. Я только рад, что мне достался достойный противник, — хмыкнул я.

Честно говоря, известие не было приятным. Опытный бретёр в фехтовании разделает меня под орех. Да и стрельба тоже не мой конёк. К тому же дуэли, мягко говоря, не приветствовались. Запросто могут и со службы прогнать, а откажешься — в обществе лучше не появляться. Такая вот двойственная ситуация. Крутись как хочешь. Рукопашная казалась идеальным выходом. А тут вырисовалось, что князь оказывается спец по савату. Вот уж чего я не ожидал в российской глубинке! Может, тут каждый второй с чёрным поясом и девятым даном по карате?

Мы обговорили место и время. Остановили выбор на завтрашнем вечере, нас с Иваном заберёт карета князя и доставит куда надо.

Протасов счёл свою миссию выполненной и раскланялся. Я, находясь в глубоком раздрае, отправился на поиски Ивана, чтобы сообщить ему «пренеприятнейшее известие».

«Кузен» остался неохваченным женским полом по одной простой причине: он забился в самый глухой угол павильона и не предпринимал попыток оттуда вылезти. Моя (кхм) Наталья Ивановна была в гуще танца. Я присоединился к Ивану и некоторое время вместе с ним созерцал веселящуюся публику.

— На завтра ничего не планируй, пожалуйста.

— Что, Сапежский? — очнулся «кузен».

— Если бы, — замялся я. — Тут такое дело, понимаешь… Я старого знакомого встретил, князя Четверинского.

— Кого? — не понял Иван.

— Да того хлюста, который трактир сжёг.

— Я бы этого гада! — зло ощерился Ваня.

— Тебе придётся в очередь стать. Первый я. У меня на завтрашний вечер дуэль с ним.

— С ума сошёл! Когда успел?

— Да почти сразу, как встретился.

— Ну ты даёшь! — восхитился предок. — Ловко, ничего не скажешь. Стреляетесь или фехтуете?

— Ни то, ни другое. На кулачках бьёмся.

— Иди ты! — не поверил Ваня.

— Правда, только правда и ничего, кроме правды, — заверил я. — Вечером за нами карета заедет.