Надо было мне удивиться, наверное, что он тут ходит, да только откинул я всякие удивления. Просто шел, чтобы взять Серого за шкирку.

Пашка, же услышал, что кто-то есть позади него и обернулся, глянул на меня своими странными глазами. Я замер, нахмурился.

— Чего тебе? — Спросил, нахмурившись в ответ, высокий, худощавый паренек лет девятнадцати, — чего так смотришь?

Был это не Серый. Хоть и очень похожий, но не Серый. Не его маленькие злые глаза смотрели на меня. Не его острый, немного птичий нос нависал над тонкими губами. А вот овал лица, вытянутый, со вздернутыми чуть-чуть кверху уголками нижней челюсти, вполне себе походил на Серовский. Походили и острые скулы. Прямо-таки один в один.

Я быстро догадался, в чем дело. Догадался, чье лицо мне напомнил этот паренек.

— Тебя кто, малой, — ухмыльнулся я, — так мотоцикл ставить учил? Ты тут не один, а мне теперь машину чуть не к обочине тулить.

Естественно, я просто выкрутился из глупой ситуации. А то, что была она глупая, я почти сразу догадался. Никакой это не Пашка Серый. А брат его младший. Тот самый, о котором я слышал не раз, но никак не пересекался. Потому как работал он где-то в огородней бригаде колхозником.

Если Пашке было где-то двадцать два двадцать три года, этому парняге не больше девятнадцати. Тем не менее округлые мальчишеские черты, что сохраняются у парней иной раз, чуть не до двадцати пяти, уже схлынули с его впалых Серовских щек.

Тонкокостное лицо брата Пашки Серого, слегка курносым носом и немного простоватыми коровьими глазами походило на их с Пашкой мать.

— Ты Пашки Серого брат? — опередил я его, глядя, как тот открыл рот, чтобы возразить мне что-то.

Услышав вопрос, парень, тут же прикрыл рот назад. Сжал братовы тонкие бледноватые губы. Глянул на меня как-то исподлобья.

— Ну? — Я хмыкнул, — чего молчишь? Вижу же я, что да. Что Пашкин.

— А тебе какое дело? — Сказал он, показав большие кривоватые зубы едва ли не в оскале, — чего ты ко мне цепляешься?

— Да тебе повезло, — я рассмеялся, — что ты вовремя оглянулся. А так дал бы я тебе в ухо, коль со спины подошел. Похож ты на Пашку как две капли. И одежда его, и будто бы даже спину братову ты надел.

— Одежа его, — настороженно кивнул он, — ну и что с того? Какое тебе дело? Ты кто вообще такой?

Внезапно глаза парня заблестели узнаванием. Расширились. Хоть и пытался щурить он их недобро, словно бы подражая брату, да только снова стали они выглядеть очень безобидными. Почти что добрыми, как мамины.

— Ты Землицын, — проговорил он, — знаю я тебя. Брата моего побил, да еще и оговорил на суде.