— Удо, — старший Керн резко сменил интонацию, и тот неожиданно для меня послушно умолк. — Я серьёзно. Оставь его в покое. Близко к нему не подходи. Вообще забудь, чёрт побери, о том, что они здесь!

Почти минуту из гостиной не доносилось ни звука, а после Удо снова заговорил, но и его голос теперь звучал иначе, серьёзно и задумчиво.

— Ты так его боишься?

— Напомнить, что он сделал с тобой? Если бы не Ханна, большой вопрос, чем бы это закончилось. Теперь он ее единственный шанс. Не смей рисковать этим.

— Барон ведь пообещал. А он держит своё слово, — тон Удо стал намного легче.

— Да чёрт тебя побери! — судя по звуку, Бруно хлопнул ладонью по деревянному подлокотнику кресла и встал.

По всей видимости, он принялся расхаживать по комнате, пытаясь подобрать более весомые аргументы, а его брат остался сидеть.

— И всё-таки ты его боишься, — снова заговорив, Удо немного растянул слова. — Из-за меня? Или из-за того, что он привёл к нашему порогу?

Он вроде бы издевался, но при этом был отчаянно серьёзен. Как если бы просто не мог не язвить.

— Я просто думаю… — шаги прекратились, но голос Бруно отдалился, значит, он остановился у окна. — Одно дело снять проклятие. Совсем другое — видеть тебя счастливым и довольным жизнью. Как он это переживёт?

— Если у него есть хоть капля мозгов, легко, — теперь шаги и звон хрусталя раздались ближе, потому что в этот раз наливал Удо. — Ты ведь знал любезную Одетту. Одно то, как она едва не отдалась тебе перед свадьбой, приняв за жениха, дорогого стоит. Даже у Мирабеллы таких ошибок не случалось…

Старший Керн явно не был настроен веселиться, и всё-таки они засмеялись оба, и в смехе Удо мне послышалось нечто, подозрительно похожее на тень облегчения. Как будто он, наконец, нащупал способ немного расслабить и отвлечь брата.

— Главное, не рассказывай этого ему.

Необъяснимым образом, будто по движению воздуха я поняла, что Удо посерьёзнел.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

Снова раздались шаги, теперь уже откровенно усталые, а потом голос Бруно приблизился.

— Один раз мы с тобой его уже недооценили. С тех пор как на постоялом дворе заговорили про Чёрного Барона, я думал о том, как бы я поступил на его месте? Как далеко смог бы зайти?

— И что надумал? — смешок Удо вышел негромким, но красноречивым.

Последовала пауза, а потом снова заговорил старший герцог:

— Думаю, я нашёл бы способ навредить твоей жене. Если не убить её, то сделать так, чтобы ты до конца своих дней мучился.

Кровь отлила от лица, и я перестала чувствовать собственные конечности.

Был ли Вильгельм в самом деле способен на такое?