Ориджин осмотрелся внимательнее и поодаль, у кустарника, заметил еще одного мертвого чужака. Когда молодой лорд подошел к нему, из кустов донесся хрип. Эрвин вынул кинжал и вгляделся в перекрестье веток. Судя по звуку, тот, кто прятался там, был тяжело ранен и угрозы не представлял. Но у него мог оказаться взведенный арбалет.
— Милорд… — сказал лежащий в кустах, и Эрвин узнал голос капитана Теобарта.
Он раздвинул кусты и присел возле воина. Кайр лежал, сложив руки на животе. Под его ладонями и вокруг них, сползая на землю, расплывалось красно-бурое пятно, подбородок и шея были испачканы кровью. На Теобарте не было ни брони, ни сапог — лишь сорочка. Он не стоял в карауле ночью, атака застала его в шатре. Капитан схватил меч, выбежал на поляну, и тут же получил удар в живот. Ответным выпадом он заколол врага, а сам упал и отполз сюда, в кусты, прежде, чем кто-то из нападавших заметил.
Эрвин взял его ладонь.
— Позвольте взглянуть, Теобарт.
— Зачем?
— Я знаю немного о медицине.
Эрвин отнял руки воина от живота и осмотрел рану. Его замутило, он отвел взгляд.
Наверное, надо что-то сказать. Тьма, а это не просто. Эрвин видел немало смертей, но ни разу ему не доводилось говорить эти слова. Может, соврать? «Закройте глаза, расслабьтесь, не волнуйтесь. Я что-то придумаю. Лежите спокойно…»
— Ваша рана смертельна, капитан. Тут ничем не поможешь.
— А то я не знаю.
— Что… что я могу сделать для вас?
Лицо старого воина исказилось гримасой, он фыркнул. Тут же зашелся мучительным кашлем, сплюнул кровь.
— Сделать… для меня!.. Зажимал рану всю ночь и утро… ждал — может, кто выжил. Надеялся, один из моих… из кайров. Сказал бы: найди их, отомсти… поклянись. — Он перевел дух, отдышался. — Но выжил ты… еще и раненый.
— Я отомщу!.. — прошептал Эрвин и хотел добавить: «Клянусь», но осекся, наткнувшись на взгляд капитана, полный страдания и горькой насмешки.
— Отомстишь… ты…
Он поманил Эрвина пальцем, и тот придвинулся ближе к голове воина. Теобарт перешел на шепот.
— Сделай вот что. Сделай это… слушай внимательно. Отыщи бумагу, перо… Садись, пиши. Пиши, сколько хватит сил, пока не зайдет солнце… Потом зажги факел, пиши дальше. Все напиши, что здесь было, понял?.. Напиши: их было тридцать. Напиши…
Внезапная злость проснулась в груди лорда. Он оборвал раненого:
— Всего тридцать? Как, тьма вас сожри, три десятка дикарей одолели вас⁈ Что вы за воины⁈
— Дикари?.. Дикари⁈
Лающий, давящийся кашель — неверное, это смех.
— Какие они дикари⁈ Посмотри на тела! У них были искровые копья! Мечи, хауберки, алые рубахи. Это… — кашель, сгустки крови, — … люди Короны.