Что он будет делать, оказавшись в альмерской столице? Джоакин до конца не знал. Просто прийти и сказать: «Возьмите меня в гвардию»? Жизненный опыт подсказывал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Осенью и зимой он немало помытарствовал в разных землях, просился на службу к разным людям… и отчего-то не выстроилась очередь лордов, желающих его нанять. Правда, теперь он выглядит гораздо солиднее благодаря кольчуге, новому плащу и очам в рукояти кинжала. Он похож теперь на успешного наемника, а коли у наемника водятся денежки, то это всегда говорит в его пользу.
Что может потребоваться, чтобы поступить в гвардию? Конечно, амуниция — но с этим, вроде, порядок. Меч хорош — хотя бы этим отец смог его обеспечить. Кольчуга, шлем, кинжал — все при всем. Лошаденка, правда, не красавица, и за боевого коня уж никак не сойдет. Но боевой конь — дорогущее животное, не может быть, чтобы он имелся у всех альмерских гвардейцев!
Могут спросить о рыцарском звании. Экие! Можно подумать, у них одни только рыцари служат! Сплошь и рядом услышишь, как парень выслужился в гвардии, а уж потом лорд посвятил его в рыцари!
Еще могут спросить рекомендацию. У кого, мол, служил прежде? При этой мысли Джоакин насупился. И что же тогда? Сказать им, что служил у бродячего торгаша? Ага, это верный путь к уважению и славе, уж конечно!
Торговец… При воспоминании о Хармоне парня передернуло от злости. Хитрый язвительный сукин сын — вот кто этот Хармон! Приятно, что теперь со службой у него покончено. Правда, жаль Полли. Не стоит ли взять ее с собою?.. Но куда, как? Ведь она будет словно камень на шее, что тянет на дно. Она только спит и видит, как бы затащить Джоакина к себе в Ниар и посадить на цепь. Да-да, на цепь, как домашнего пса — лишь бы никуда не делся и всегда был под рукой. Еще и хочет, чтобы стал ремесленником, работал… пф!.. в мастерской! Джоакина передернуло. Ну отчего женщины всегда норовят превратить мужчину в покорную скотину? Отчего мужская свобода так претит им⁈
А вот леди Аланис — она, уж наверное, не такая. Конечно, нет! Бытовая возня, дурные супружеские ссоры — и леди Аланис! Настоящая леди, несомненно, выше всего этого! Джоакин потянулся к карману, чтобы в который раз поглядеть на измятый портретик, и тут увидел девушку, идущую к нему через зал. Что за черт!
Он подхватился ей навстречу:
— Как ты нашла меня?
— Ты сказал, что не любишь поезда, — ответила белокурая Полли из Ниара.
— Так не люблю же!
— Ты сказал, что не любишь поезда, но с очень мечтательным видом. И я подумала, что найду тебя где-то около станции.