Волосатый дернулся и выбил кусок из руки Эрвина.

— Отвечай, коли спрашиваю. Ты когда прибыл? Из какой земли?

Эрвин повернулся к нему и процедил:

— С чего мне тебе отвечать? Ты мне кто — командир, сюзерен? Пауль спросит — отвечу.

— Шкуру спущу, — негромко пригрозил волосатый и провел кинжалом по предплечью Эрвина, срезая волоски.

— А Пауль — с тебя, — бросил Эрвин. — Если хочешь знать, я — сын лорда.

— Да хоть сам герцог Ориджин — здесь это все равно. Знай свое место, наглый щенок!

Однако Бен оживился при последних словах:

— Сын лорда? Что, правда?

— Чистая правда, — кивнул Эрвин.

— Ну, дела! Не видал здесь таких! Врешь!

— Не врет, — холодно буркнул волосатый. — Оттого и борзый, что лорденыш. Сейчас поучу тебя.

— Постой, — придержал его Бен, — любопытно же! Стало быть, сын лорда и есть?

— Он самый, — пожал плечами Эрвин.

— И что же, ты в замке родился?

— Ага. В каменном, с восемью башнями.

— А искра у вас там была?

— По праздникам весь замок светился.

— А вагоном ездил?

— Раз дюжину.

— Ну, дела!.. И как оно?

— Да уж помягче, чем в седле.

— А правда, что очень шустро?

— Чистая. За сутки — двести миль.

— Быть не может! Ну, дела!..

Волосатый склонил голову:

— А что же тебя сюда занесло? Плюнул, значит, на наследство и в бригаду пошел?

— Кто сказал, что мне светило наследство? Я — младший сын.

— Во как!.. — присвистнул Бен чуть ли не с сочувствием. — И что же, тебе ничего не достанется?

— Ни акра. Только меч вот… да кобыла.

Волосатому было плевать на кобылу, а Бен окинул взглядом лошаденку, которую привел Эрвин.

— Так себе коняга… Мог бы твой отец и получше расщедриться.

— Он и расщедрился. У меня прежде отличный конь был — двухсот эфесов стоил.

— Да ну! Врешь!

— Вороной холливел. Грива — выше твоей макушки. Умный, как черт, а выучен — лучше любого солдата. Ничего на свете не боялся: ни копья, ни огня, ни зверя. Раз встретился нам клыкан — он и на клыкана попер в атаку, насилу я его удержал.

— Ну и конь!

— А хочешь знать, как он звался? — Эрвин подмигнул Бену.

— И как? Небось, имя заковыристое было, как у дворян?

— Да нет, простое. Звали его Дождь.

— Как?..

— Дождь! — воскликнул Эрвин.

Жеребец, что давно уже прислушивался, навострив уши, теперь заржал и ударил копытом. Оба — волосатый и Бен — повернулись к Дождю. Эрвин ждал этого мига. Впервые за весь разговор волосатый отвел взгляд. Эрвин всадил кинжал ему в бок.

Мужчина захрипел, замахал руками. Эрвин отшатнулся, кровь брызнула струей, когда клинок вышел из тела.

— Ты чего⁈ — вскрикнул Бен, занося нож.

Эрвин прыгнул, врезался в грудь Бену, оба полетели через корягу наземь. Левой рукой лорд вцепился в запястье врага, прижал к земле ладонь с ножом. Развернул свой кинжал, вдавил в живот Бену. Тот издал не то стон, не то рычание, и стиснул свободной рукой шею Эрвина. Лорд попытался освободиться — не смог. Рванулся назад, чтобы нанести удар с замаха — Бен удержал его, пальцы впились в глотку. Эрвин коротким движением высвободил кинжал и снова вогнал в тело, затем — еще раз. Бен хрипел, на губах выступила кровь. Он перекинул руку с горла на лицо Эрвину, смял щеку, потянулся пальцами к глазам.