— Умри! — заорал Эрвин, вонзая кинжал. Удары выходили слабыми, неглубокими. — Умри! Умри!
Палец Бена лег на глазное яблоко. Эрвин мотнул головой, наткнулся зубами на плоть, укусил. Выпустил правую руку врага, тот ударил ножом. Резкая боль ожгла плечо. Левой ладонью Бен снова вцепился ему в лицо. Желтые ногти прямо перед глазами.
— Да умри же! — хрипел Эрвин и вгонял клинок под ребра врагу. Снова, снова… ты бессмертный, что ли⁈
Вдруг хватка ослабла, и Бен обмяк. Эрвин вырвался, встал на колени у тела, раз за разом продолжая колоть его кинжалом.
— Сдохни, наконец! Сдохни…
Лишь когда живот и бока Бена превратились в багровую кашу, Эрвин осознал, что враг мертв.
Поднялся — колени тряслись. Стер с лица кровь и грязь, перешагнул корягу.
Второй человек Пауля — тот, с волосатой грудью, — валялся на земле, зажимая ладонью рану. Удар пришелся в печень. Рана обильно кровоточила, лицо человека было полотняным. Он держал нож, но не пытался подняться, лишь беспомощно повернул острие в сторону Эрвина. Лорд прижал ногой к земле кисть врага, наступил каблуком на пальцы, надавил с проворотом. Раздался хруст, раненый завопил от боли.
Эрвин присел рядом с ним.
— Уйди во тьму… — простонал раненый.
— Я немного соврал, уж прости, — сказал Эрвин. — Я не из новобранцев. Меня зовут Эрвин София Джессика рода Агаты, наследный герцог Ориджин.
При последнем слове злоба на лице человека стала отчетливей, он выплюнул грязное ругательство. Эрвин уперся кинжалом в ладонь волосатого — ту, что зажимала рану. Вогнал клинок меж косточек, отодвинул руку в сторону, открыв дыру в боку.
— Кому вы служите?
— Провались к чертям!
Лорд ввел кончик клинка в рану, вдавил на полдюйма. Тело раненого судорожно сжалось.
— Аааа!.. Тварь, скотина!..
— Кому вы служите? — повторил Эрвин.
— Ничего не получишь… щенок!..
— Да неужели?..
Эрвин погрузил клинок еще на дюйм. Волосатый захлебнулся криком:
— Аааах!..
Глядя ему в глаза, Эрвин медленно повернул кинжал в ране. Слезы потекли по щекам мужчины. Спазм сдавил горло, крик боли превратился в бульканье.
— По странному стечению обстоятельств я знаю, что ты сейчас чувствуешь, — произнес Эрвин, ввинчивая клинок в плоть. — Итак, кому вы служите?
— Убей меня, гад! Просто убей…
— Мечты. Какие светлые мечты!
Эрвин с проворотом вытащил кинжал. Волосатый скорчился, всем телом закрывая рану. Эрвин вновь опрокинул его на спину и прижал клинок к паху.
— Пять… четыре… три… — с каждым счетом он давил все сильнее. Из-под острия потекла кровь.
— Вла… владыке! — выкрикнул раненый.
— Владыке Адриану?
— Да!.. Мы служим императору!..