Девочка слушала бабушку, раскрыв рот, а услышав про «забрать в город», отчаянно замотала головой:

— Нет, не хочу! Я тебя не оставлю, ба! Да и как там жить, если у них ни полевиков, ни кикимор, ни даже домовых? Скукота какая-то!

Конечно, в следующий приезд мамы Тайка не удержалась и спросила: мол, а правда, мамуль, что тебе в Дивнозёрье плохо?

Та ничего не ответила, но по потемневшему взгляду дочери стало все ясно, и больше она разговоров на эту тему не заводила.

А обида нет-нет, а все же просыпалась в её сердце. Вот и сейчас всколыхнулась: знала же мать, что бабка Таисья в Дивье царство ушла еще в апреле, а дочка одна на хозяйстве осталась. Они тогда полночи по телефону проговорили, и Тайка, признаться, надеялась, что мать приедет, но та лишь уточнила: «А дед Федор-то за тобой следит?» — и, получив утвердительный ответ, выдохнула: «Ну и слава богу, а то у меня командировка за командировкой…»

Спустя полгода, значит, решила все-таки появиться, когда уже не ждали!

Тайка почувствовала во рту знакомый соленый привкус и мысленно упрекнула себя: ну вот, опять губы до крови искусала. Она всегда так делала, когда нервничала, — никак не могла избавиться от дурной привычки.

— Я голосую за пирожки. — Пушок как ни в чем не бывало продолжил озвучивать свои гастрономические фантазии. — С мясом. И с вишневым вареньем. Мы же варили без косточек, помнишь? Ну и с капустой тоже было бы неплохо.

Марфа тронула Тайку за плечо:

— Может, мне лучше уйти?

— Нет уж, оставайся! Мы тебе еще косы не доплели. — Тайка ухватила новую прядь.

Кажется, она слишком сильно дернула мавку за волосы: та поморщилась, но не пикнула. Спустя примерно еще две косички раздался стук в дверь, и Тайка, хоть и ждала этого, все равно вздрогнула.

Пушок, взмахнув крыльями, взлетел на ее плечо и ткнулся лбом в щеку:

— Ну что ты, Тай? Как будто врага лютого в гости ждешь…

— Да уж лучше бы врага…

В этот момент девушка почему-то подумала о Лисе. С ним она хотя бы понимала, как себя вести и чего ожидать. А родную мать она хоть и любила, но, стыдно признаться, почти не знала как человека.

Она закрепила резиночку на Марфиной косичке и, услышав повторный стук, выбежала на террасу:

— Открыто, заходи!

Дверь со скрипом отворилась. Улыбающаяся и румяная мама, одетая в новое салатовое пальто из мягкого кашемира, поставила на пороге две тяжеленные сумки и раскрыла объятия:

— Ну, иди сюда. Я так по тебе соскучилась, принцесса моя! Прости, что не предупредила. Зато, смотри, я к вам с кучей гостинцев. Не забыла еще мамку, а? Пустишь?

Тайка, сглатывая непрошеные слезы, шагнула навстречу и обняла ее крепко-крепко, уткнувшись лицом в плечо.