Его воспоминаниями.
Пятнадцать лет, целых пятнадцать лет, но до сих пор, кажется, будто я заперта в том промежутке времени и никогда не выберусь.
Призрак вращает бокал.
— Хватит ныть. Кое-кто поможет.
Я скрещиваю руки на груди, мои красные ногти вонзаются в плоть.
Этого не может быть.
Призрак намекал на это, но он не сделает этого со мной.
— Он должен быть здесь примерно через…
Призрака прерывает открывшаяся дверь.
Я забываю, как дышать.
Он шагает внутрь размеренными, бесшумными шагами, словно пантера. В отличие от пантеры, его присутствие заполняет всё пространство. Это мало связано с его внушительным ростом и широкими плечами, и больше с ним самим.
Тишина всегда была его атрибутом, но ему не нужно говорить, чтобы подчинить себе воздух и всё в ближайшем окружении.
На нем джинсы, сидящие низко на бедрах, и мешковатая серая футболка, которая всё еще облегает его рельефные мышцы. Его светло-каштановые волосы отросли, прикрывая макушку. Его пронзительные бирюзовые глаза, которые всегда, незваными, врывались в мои сны, сканируют кабинет с хищным блеском, пока не встречаются с моими.
Они задерживаются там. Непоколебимые. Бесстрастные. Молчаливые.
Не дай Бог, чтобы этот мужчина проявил хоть какую-то эмоцию.
Он никогда этого не делал с того самого дня.
Я сильнее скрещиваю руки, боясь, что он увидит, как мое сердце пытается вырваться из груди.
Месяцами я думала, что он погиб. Теперь, когда он здесь, я хочу, чтобы он ушел. Раз и навсегда.
Ты же знаешь, что будет, если ослушаешься?
Я вонзаю ногти в кожу глубже, до крови, но на лице сохраняю невозмутимую маску, которую совершенствовала годами.
— Ястреб согласился помочь, — Призрак кивает в его сторону. — Чем больше членов «Нулевой команды», тем лучше.
— Абсолютно нет, — я вскакиваю на ноги и говорю своим самым холодным тоном. — Либо он уйдет, либо я его заставлю.
Глава третья
Ненависть - слишком слабое слово, чтобы описать то, что я чувствую к тебе. Пришло время мне уничтожить тебя.
У меня было несколько ожиданий от нашего воссоединения.
Она прижата к стене. Я сверху. И так во всех смыслах.
А потом она заявляет, что заставит меня уйти.
Ну что ж, черт возьми, подумай еще раз, Бунтарка. Этот корабль уплыл целую вечность назад.
После того, как она годами избегала моего взгляда, жесткие карие глаза Туман пронзают мою душу. Вот только у меня ее больше нет.
Я хочу заморозить этот взгляд, украсть его и задушить где-то в недосягаемом месте.
Был момент во время пыток, когда я почти забыл этот пронзительный взгляд. Я могу забыть, черт возьми, самого себя. Свое существование. Свое проклятое имя. Но мне не позволено забыть ее или те дерьмовые вещи, которые она творила.