Он в порядке.
У него была температура, но она спадает.
Он может ходить. Он ест.
С чего ты взяла, что имеешь право спрашивать о нем после того, как бросила его?
Слова Инка, сказанные ранее, непрошеными гостями лезут в голову.
На твоем месте я бы потратил оставшееся время на то, что люблю больше всего.
Нет. Я даже думать об этом варианте не могу. Я должна напоминать своему ноющему сердцу, что делаю это ради безопасности Ястреба. Я привыкну к расстоянию.
Или уже привыкла.
После недель, проведенных с ним в том уютном доме, пыткой становится даже просто дышать без него. Он не бегает со мной, не ходит по магазинам, не смотрит фестивали. Он не смотрит на меня так, будто я самая красивая женщина на земле. Он не занимается со мной сексом до беспамятства, будто не может подобраться достаточно близко или достаточно глубоко.
Я не знала, что мне нужно все это, пока не получила. Он отличается от моего прежнего Ястреба, но в чем-то он все еще тот мальчик, который поддерживал во мне жизнь. Он все еще тот, кто обнимает меня и позволяет спать у него на коленях, когда становится слишком тяжело.
Мальчик и мужчина могут быть разными, но глубоко внутри они все те же.
Теперь, когда у меня нет ни одного, ни другого, моя грудь кажется такой пустой, что больно даже дышать.
Я срываю обертку с протеинового батончика, съедаю его за пару укусов и завожу двигатель. Мне нужно двигаться дальше.
Телефон вибрирует.
Имя, вспыхнувшее на экране, заставляет кожу покрыться мурашками.
Скар.
Почему она звонит мне? Погоди…
— Ястреб в порядке? — Отвечаю я на ходу.
— У него сильный жар! — визжит она. — Он умирает. О боже, Ястребеееееенок, держись!
На той стороне что-то шуршит. Какая-то возня. Еще какие-то приглушенные звуки.
Я дышу тяжелее и спрашиваю медленным, испуганным голосом:
— Скар? Ч-что происходит?
— Нееет… — Линия обрывается. Как и мое сердце.
Я набираю ее снова. Она не отвечает. Я ругаюсь и звоню Ворону. Его телефон выключен. Руки становятся влажными, а глаза застилают слезы. Они катятся по щекам и попадают в рот, пока я не чувствую вкус соли.
Нет.
Нет.
Этого не может быть.
Телефон вибрирует.
Я еще никогда не открывала смску так быстро.
Скар:Это все твоя вина!
Мой мир погружается во тьму.
Глава тридцатая
Поцелуй меня так, будто это наш первый и последний поцелуй одновременно.
Я врываюсь в уютный маленький домик, чувствуя, как его стены сжимаются вокруг меня.
Мои ноги гудят от боли, глаза опухли от бесконечных слез, а тело никак не может перестать дрожать, и дело тут не в «Омеге».
Я даже не знаю, как вообще оказалась здесь. В один момент, я читаю сообщение от Скар, а в следующий, уже несусь в ближайший аэропорт, и лечу в Марсель.