Пламя поворачивается к Тени.
— Что случилось?
Тень глотает еще порцию янтарной жидкости.
— Помните Неро?
Я отступаю назад, едва не падая. К счастью, стол останавливает меня. Я вцепляюсь в край холодными, вспотевшими пальцами, чтобы удержать равновесие. Сердце колотится в ушах.Тук. Тук. Тук.
— О, тот охранник? — Скар щелкает пальцами с ноткой энтузиазма. — Он был садистом. Научил меня лучшим приемам пыток!
— И начальник охраны Аида, — Пламя достает сигарету и крутит ее между большим и указательным пальцами. — Один из первых основателей «Ямы».
— Вы помните, как он просто исчез? — Тень облизывает алкоголь, блестящий на губах. — Я всегда думал, что он сдох в какой-то дыре.
— Но? — Пламя сует сигарету в рот, не зажигая.
— Но я только что услышал, что он жив. В смысле, после пятнадцати с лишним лет? Это безумие.
Я делаю судорожный вдох, не в силах оставаться стоять, и срываюсь:
— Кто распускает такие слухи?!
— Да что с тобой не так, старая карга?
— Отвечай мне! — мой голос повышается.
Трое смотрят на меня так, будто у меня выросли еще две головы. Может, так оно и есть. Я на грани нервного срыва.
— Это не слух, — Тень болтает жидкость в бутылке. — Селеста сейчас с Аидом, и она сказала мне, что у него есть наводка на то, кто заставил Неро исчезнуть. Если он найдет этого человека, Аид заживо разрешит его на куски.
Мои колени подгибаются, и я падаю на стул, как мешок с мусором.
Присутствие кого-то у входа привлекает мое внимание. Я поднимаю голову и смотрю на Ястреба.
Даже не говоря ни слова... Мы оба, должно быть, думаем об одном и том же.
Наш кошмар вернулся.
Глава седьмая
Я хочу, чтобы ты чувствовала себя такой же сломленной, как и я. Мне нужно, чтобы ты боролась за каждый вдох, чтобы ты знала, каково это существовать, но не быть живой.
Шепот наполняет мою голову. Тихий, неразборчивый и чертовски настойчивый.
Моя правая рука сжимает винтовку, пока я зажмуриваюсь.
Я пытаюсь дышать то носом, то ртом, но шепот продолжает биться о стенки моего черепа, дразнящий, усиливающийся, сводящий меня, блять, с ума.
Может,я и правда сумасшедший.
Такие пытки любого доведут до края безумия. Никакая сила воли или тренировки из детства не смогли бы спасти меня от этого. Не физические истязания или чертова ломка разрушили мой рассудок, а слайд-шоу, которое Аид крутил мне нон-стоп. Снова и снова.
Я мог бы вечно терпеть физическую боль, но ментальную? Она меня уничтожила.
Я отпускаю винтовку и сползаю на пол, прислонившись спиной к недостроенным перилам. Прохладный ночной воздух вызывает мурашки на моих потных руках и затылке.