Я должна как-то удержать его здесь. С другой стороны, если он останется... Мой взгляд падает на телефон, лежащий среди двух стопок бумаг. Он может быть в еще большей опасности.
После того как его освободили из «Ямы», я хотела лишь одного, чтобы он снова исчез в одной из своих операций на Ближнем Востоке. Мы встречались бы раз в год, когда Призрак собирает всех членов «Нулевой Команды».
Для меня этого достаточно.
Теперь, когда он планирует помочь Яду ценой свободы Инка, я не могу просто позволить ему улететь обратно на Ближний Восток.
Я испускаю долгий вздох. Не знаю, что делать.
— Хочешь, окажу услугу? — сонное лицо Пламени выглядывает из-за дивана. Его темно-рыжие волосы и борода взлохмачены, но бледно-голубые глаза, цвета облачного неба, светятся озорством.
Дай только Пламени шанс, и он уцепится за любую возможность сделать нас своими должниками.
Я безрадостно улыбаюсь:
— Я сейчас в том состоянии, когда готова продать душу такому дьяволу, как ты, Пламя. Но боюсь, даже у тебя нет решения для этого безумия.
Он перепрыгивает через диван, и сонливость мгновенно слетает с его лица. Затем он подпрыгивает и садится на край стола.
— Проверь меня. Ты же знаешь, у дьяволов в рукаве припасено немало фокусов.
Я опираюсь локтями о стол и подпираю голову расслабленным кулаком.
— Должно быть, ты им в аду очень нужен.
Он одаривает меня одной из своих редких, широких ухмылок.
— Уверен, что так и есть.
— Ты безнадежен. — Я качаю головой.
— Прямо как Ястреб?
Я поджимаю губы. Почему всем нужно навязывать его мне? Я и так эти две недели только им и живу, без вмешательства окружающих.
Когда я ничего не отвечаю, Пламя разбрасывает все мои разложенные документы, хаос для него естественная стихия.
— Мне любопытно, что произошло пятнадцать лет назад. В один день вы были до отвращения неразлучны, а на следующий уже готовы были перегрызть друг другу глотки. Не говоря уже о трюке «ты не существуешь», который вы проворачиваете с тех пор. Я готов оказать тебе услугу бесплатно, если расскажешь историю.
Я нехотя смеюсь. Вот это самопожертвование, если он не планирует просить услугу взамен.
— С каких пор ты любишь истории?
Он приподнимает одну рыжую бровь.
— С тех пор как они звучат пикантно.
— Они далеки от этого, — я снова смотрю на телефон. — Они трагичны.
— Тогда забудь, — он спрыгивает со стола и бросает через плечо: — Но не заставляй Ястреба ненавидеть тебя, он может причинить тебе боль и сделает это.
Уже причинил.
— Под этой тишиной у него куча безумия, — продолжает Пламя. — Особенно после того, как пытки в «Яме» разворотили ему мозги.