— Я буду, Коля, — мой голос звучит хрипло, но твёрдо. — Я буду.

Дверь тихо закрывается. Я остаюсь один в темноте, под шум дождя. Я знаю, что это будет самый трудный день в моей жизни. И я не знаю, что скажу, когда увижу её в белом платье. Но я знаю одно: я должен посмотреть ей в глаза. Чтобы она увидела в них то, чего не видела семь лет. Свою ценность. Свою любовь. И цену моего запоздалого прозрения.

Глава 1

Глава 1

Глава 1

Эмма

Конференц-зал «Корсаков-Групп» был залит светом и гулом голосов. Раньше, семь лет назад, когда я только пришла сюда, мне казалось, что это и есть настоящая жизнь: красивые, уверенные люди, звон бокалов, лёгкий запах духов и дорогого алкоголя, и это пьянящее чувство, что мы только что свернули гору. Сейчас я просто стояла у стены, сливаясь с ней, и держала папку.

Красная кожаная папка с тиснением. В ней — копии контракта, который мы закрыли с китайцами. Я знала этот договор наизусть до запятой. Я вычитывала его четыре раза собственноручно, правила пункт семь дробь два, переписывала приложения к юристам в два часа ночи, пила шестую чашку растворимого кофе и тряслась над каждой формулировкой, будто от одной ошибки всё рухнет. Я не ошиблась. Сделка прошла. Мир праздновал.

Глеб стоял в центре зала, как полководец после битвы. Бокал шампанского в руке, ослепительная улыбка, чёрный костюм с искрой, белая рубашка, верхняя пуговица расстёгнута — его коронный жест после официальной части. Будто его душила эта рубашка. Я знала, что через час он потеряет галстук, бросит его где-то на подоконнике, а потом попросит меня найти. Я уже проверила: серый в полоску галстук лежал на подоконнике у окна. Я заметила это, когда входила.

— Друзья! — Глеб поднял бокал выше ламп, и гул стих. — Я хочу сказать спасибо команде. Это была сложная сделка, но мы сделали её. Вы — лучшие из лучших.

Он обвёл глазами зал. Я стояла в трёх метрах от него, прямо напротив. Наши взгляды встретились — на долю секунды, ровно настолько, чтобы я успела чуть улыбнуться. Уголками губ, застенчиво, как я всегда улыбалась ему. Он скользнул по мне взглядом — как по стулу, как по стене, как по пустому месту — и перевёл глаза на бухгалтера.

— Антонина Павловна! Ваши отчёты — это просто песня. Без вас налоговая нас бы живьём съела.

Антонина Павловна, грузная, в платье с люрексом, которое трещало по швам при каждом движении, зарделась, как девочка, и прижала пухлые руки к груди. Она всегда приносила на корпоративы свои фирменные пирожки с капустой — я брала один, чтобы не обидеть, хотя они были холодными, жирноватыми, и тесто отдавало содой. Но я улыбалась и жевала, потому что не умела отказывать. Это был мой талант — быть удобной. Невидимой, но удобной. Чтобы никто не заметил, как я устала. Как я стою здесь уже четвёртый час на каблуках, которые натирают мозоли, и как внутри меня что-то медленно, но верно трескается.