— Я клялась не отдавать ему трон.
— Нее, я лучше помню: ты клялась сделать все, что можешь. А коль не можешь ничего — то и слово не нарушено!
— Значит, вы выбрали Адриана?
— Все ты перепутала! Я выбрал вас двоих, хочу, чтоб вы дружили, и я с вами тоже. Жаль, он женился на кабанихе — а то бы я ему тебя сосватал.
Леди Карен непринужденно обмахнулась веером. Менсон фыркнул:
— Говори уже, раз чешется! Машешь тут…
Она сказала:
— Я вижу, что ваше величество спокойны. Возможно, вы решили тем или иным способом договориться с Адрианом. Предупреждаю вас от этого. Рано или поздно он вам отомстит.
— За что, миледи?
— За успех и славу. За Перчатку Янмэй на руке. За то, что сидели на троне и остались живы.
— Как можете утверждать? Вы же не знаете его!
— Я хорошо знала его отца. Это не та порода, которая прощает что-либо. Телуриан растоптал всех, кто был связан с Менсоном, не исключая невиновных. Адриан пошел в отца. Вспомните Глорию Нортвуд.
— Далась тебе Глория! — вскричал шут. — Он тогда был зол: эти восстают, те интригуют. А сейчас будет счастливый и довольный, хоть прикладывай к ране.
— Напротив, сейчас будет злее, чем год назад. Его свергли и чуть не убили. Чтобы вернуться, ему пришлось взять в жены уродку. Адриан не простит никого.
— Миледи, — удивилась Мира, — почему же вы здесь?
— Я не оставлю мужа. Если не уговорю его, то и сама не уеду.
Менсон ткнул пальцем в жену:
— Я говорю ей: «Если так боишься — давай к себе в Леонгард». Она — ни в какую. Я ее запихнул в поезд. Она вышла на другой станции и приехала назад. Что с ней будешь делать!..
— Так что же вы советуете? — уточнила Мира.
— Поклонись Адриану! — сказал шут.
— Бегите, — сказала Карен.
* * *
Ворон явился к ней поздним вечером. Мира пила кофе и читала отчеты, впитывая ночную порцию плохих новостей. Орда шаванов миновала Оруэлл. Не имея шансов на победу, гарнизон сложил оружие. Мещане спрятались в подвалах и пересидели сутки, пока лошадники выносили их добро. Потери были малы. За долгий путь через Альмеру шаваны поняли, что рабы и скот — обуза в походе. Теперь они брали только деньги и пищу, ради забавы насиловали женщин — и снова пускались в дорогу. Крупнейшие города Короны манили богатством. До Ардена оставалось меньше сотни миль.
— Ваше величество, позвольте обратиться.
— Угадаю: вы тоже дадите совет! И сразу скажу: я по-прежнему против убийства.
Марк поднял раскрытые ладони:
— О, ни в коем случае! Вы меня пристыдили, совесть очнулась ото сна. Даже думать не могу ни о чем аморальном.
— Пф!..
— Я посвятил себя честному делу: поискам Натаниэля. И достиг успеха!