— Это безумие и злодейство! Вы злоупотребили положением и продали мост своему же отцу! Дворцовый мост, сожри его тьма! Я вас под суд отправлю!..
— Боюсь, это будет сложно. Судьи тоже прислали финансовый запрос. Я обещала заплатить им из следующего займа. Если он не состоится, судьи откажутся служить.
Адриан овладел собою, успокоил коня. Сказал тихо, склонившись к уху жены:
— Вы пытаетесь накинуть мне удавку. Не прощу.
— Да нет же, тьма! Я пытаюсь не дать вам срубить ветку, на которой сидите. Вы собирались захватить ресурсы Минервы, но это не вышло. Потому сейчас Дом Лабелин — единственная сила, на которую вы опираетесь. Дворцовый мост — всего лишь напоминание.
Он поиграл желваками, но не нашел достойного ответа. Магда сказала, как можно мягче:
— Я предлагаю сделку. Отныне я буду самой смиренной из жен и в жизни не проявлю непочтительность. А вы доверитесь мне и посвятите во все дела без исключений. Поддержим друг друга — победим, перессоримся — подохнем. Третьего пути нет.
Адриан не спешил с ответом. Магда нашла, чем подсластить пилюлю.
— Муж мой, давеча я нашла одну вещь…
Она долго сомневалась, отдать ли находку мужу. Во дворцовой галерее, на углу золоченой рамы коронационного портрета Адриана висел на цепочке кулон: Священный Предмет с изображением богини. Он был перевязан лентой с короткой надписью: «От Искры». Минерва увезла регалии власти, но оставила Предмет, душевно близкий Адриану. Ее поступок аж смердел благородством. А Магда — не дура, чтобы превозносить другую бабу в глазах мужа.
Содрав и выбросив ленту, она отдала кулон:
— Валялся в спальне Мими под кроватью. Растяпа уронила, пока собиралась впопыхах.
Адриан взял и поднес к глазам, встретил богиню теплым взглядом, как давнюю подругу или сводную сестру. Сказал Магде совсем иным тоном, чем прежде:
— Благодарю вас, дорогая.
— Слава победителям! Слава Янмэй и Софье!.. — невпопад закричали зеваки перед мостом.
Адриан взял жену за руку и вместе с нею помахал Фаунтерре.
* * *
До заката владыка был занят одними лишь торжествами. Принимал сотни поздравлений, выслушивал дифирамбы, давал праздничный обед. Отблеск его сияния падал на леди Магду. Адриан позволял жене быть рядом и впитывать долю восторгов. Она могла бы насладиться этим, если б не волнение. За вежливою маской владыки нельзя было понять, простил он дерзость жены или готовит месть. Единственной проверкой станет вечер: Адриан уединится в малой чайной, пригласит Леди-во-Тьме и заведет речь о самом сокровенном. Если Магде позволено будет услышать, значит, она прощена.