— Попросил не беспокоить и заперся в каюте.
— Это вы его уморили болтовней!
Давид развел руками:
— Плох тот духовник, кто не хочет счастья для прихожан.
Офицеры только переглянулись. Все на судне, включая даже новичков, знали, что Давид грезит о лучшем мире. Собственно, он был не одинок: каждый воин надеялся изменить Поларис к лучшему. Но кайры видели ясный путь: убить Кукловода с Паулем, зарыть Адриана обратно в могилу, усадить на трон герцога Эрвина, а на худой конец Минерву, — и мир станет вполне пригоден для жизни. Священник же предлагал нечто дикое. Добыть откуда-то миллионы Предметов (откуда, тьма сожри?); раздать всем людям без исключения, даже холопам (какого черта?) и всех научить управлять Предметами (что-оо?). Тогда наступит эра изобилия, ведь каждый найдет применение своим талантам. Люди будут мирно трудиться для общего блага (а не поубивают друг друга, чтобы захватить Предметы). Это звучало так бредово, что не поверил бы даже отпетый идеалист. Кайры считали слова Давида некою заумной притчей, которую никто не понимает, кроме него самого.
— Отче, оставьте герцога в покое. Вы забиваете ему мозги и мешаете думать о стратегии.
— Уже нет, — тяжело вздохнул священник. — Милорд отказывается принимать меня весь последний месяц.
— Правильно делает. Ваши сказки не дают ему сосредоточиться.
— Я думаю, — заметил Шрам, — вовсе не отец Давид досаждает герцогу.
— Вы говорите о… — спросил Лид.
— Именно о нем! — ответил за Шрама Фитцджеральд. — Ну, и о ней отчасти.
— Вот этого не смейте! Она — честная девушка, а вся беда — только от него.
— Где вы увидели беду? Они в полном своем праве, даже герцог их благословил.
— Только по доброте. А на самом деле, ему стоило… Уж я бы на его месте!..
Комендант и Сквайр смутно понимали эту часть разговоров. Вместе с отрядом путешествовала девушка — по всей видимости, давняя знакомая герцога. Она хорошо помогла с маскировкой: во всех портах сообщалось, что суда принадлежат ей, а Ориджин даже не показывался на берегу. Один из кайров стал ухаживать за нею, и она ответила взаимностью. Договорились обручиться, пришли к милорду за одобрением, он пожелал им счастья. Комендант и Сквайр не видели тут ничего крамольного. Хайдер Лид и Гордон Сью тоже одобряли брак, и отмечали, что герцогу от него только польза. А вот Фитцджеральд и Шрам почему-то взъелись на жениха. Должно быть, потому, что война — не время для свадеб…
Солнце коснулось горизонта, небо на востоке почернело. Пора ставить паруса и повторять ночной маршрут — либо уходить от Граненых островов.