Особенно брату-протектору запомнился восточный клан мецев Айего и его глава: самая высокая старуха, какую он видел в жизни. Поговаривали, предки Айего в давным-давно смешивались с вагранийцами, оттуда и получили столь внушительный рост. Айга Ива — так звали главу клана — смерила хайлигландцев ледяным взглядом и уставилась на Магнуса:
— А южного королька-то зачем с собой притащил, а, Огнебородый? Неужто уже породнились? Хотя девка твоя, кажется, не прочь, — скрипуче хихикнула она, глянув на сидевшую подле Грегора Истерд. — Ишь как смотрит на этого Волдхарда!
— Айга, уймись, — спокойно ответил вождь. — Это наш союзник.
— Не-а, — старуха поправила сползшую с плеча тканую накидку с затейливым узором из разноцветных полос. Фастред отметил, что каждый клан ткал полотно с непохожими на другие цветами и орнаментами. Так можно было легко распознать своих и чужих. Удобно. — Это твой союзник. Сход ведь и собрался потому, что нам твои новые друзья не нравятся.
Собравшиеся перестали шуметь, устремив глаза на Айгу. Старуха-мецка поднялась, опираясь на резной посох, и вышла к возвышению у очага.
— Я говорю не только от имени клана Айего. Не только лишь от народа мецев. Я говорю от имени всякого, кому не нравится путь, которым ты ведёшь нас, Магнус Огнебородый. Было время, когда ты правил мудро и мудрость твоя нас всех объединила. Но ты совершил большую ошибку — заключил союз с Хайлигландом, не спросив нашего мнения. — Фастред заметил, что многие из сидевших вокруг очага закивали. — Ты проявил неуважение, Магнус. Поставил себя выше нас. Быстро же ты забыл, что, соглашаясь на дружбу с тобой, мы договорились, что ты всегда будешь спрашивать нашего совета и будешь первым среди равных. — Айга Ива остановилась напротив трона Магнуса и со всей силы воткнула посох в землю. — Ты оскорбил мой народ, Огнебородый. Мира не жди.
— Действительно, они весьма своенравны.
Фастред вопросительно глянул на брата Аристида. Патрон наклонился к его уху:
— Не стоит волноваться, друг мой, — безмятежно улыбаясь, ответил монах. — Мецы нам не страшны.
Фастред не был в этом так уверен.
— Насколько мне известно, король и вождь иного мнения.
— Они ошибаются.
— Поделитесь, святой брат?
— Рано, друг мой, — отмахнулся Аристид. — Вскоре вы сами всё увидите. Поглядите на них — до сих пор наивно верят, что вольны выбирать свой путь. Думают, что сами куют свои судьбы.
Брат Аристид отошёл назад, скрывшись в тени шатра и поманил Фастреда к себе. Тот послушался. Тем временем Айга Ива разбушевалась не на шутку — всё говорила и говорила голосом скрипучим, как старое седло. А прочие мецы вторили ей, словно настоящему вождю.