Внизу, у входа, послышался испуганный крик фрау Шмидт. Я выскочил в коридор и столкнулся с Шульцем, бледным, но собранным.

— Это они, ангелы? — спокойно поинтересовался разведчик, а я согласно кивнул.

Стены вокруг нас пульсировали живым светом. Защитные чары срабатывали каскадом: изумрудная дымка клубилась, принимая на себя невидимые удары нападавших, которые пыталось пробиться даже сквозь кровлю.

Внезапно грянул самый мощный удар, который заставил содрогнуться даже фундамент дома. Земля под ногами вздрогнула, со стен посыпалась штукатурка, с полок с грохотом полетели книги, оконные стекла не рассыпались в осколки, лишь будучи защищены силовым полем, но всё равно они покрылись паутиной трещин.

Этот последний удар был уже «на грани». Я почувствовал, как стремительно начал расходоваться мой резерв, питающий центральные руны и конструкты защиты.

Я отдернул занавеску. Сердце ушло в пятки. То, что творилось за окном, было похоже на апокалипсис. Небо пылало ослепительно-белым светом, и с него, словно копья, били в землю лучи слепящей энергии. Рядом с нами, один за другим обрушивались соседские дома, словно попали под массированную бомбежку. Гул стоял оглушительный.

Но наш дом стойко переносил все тяготы нападения. Вокруг него бушевала буря, земля содрогалась, с неба лился свет, испепеляющий всё живое, но над нашей кровлей колыхался изумрудный купол. Он гнулся под ударами, по его поверхности бежали рябь и всполохи багровых молний, но он держался. Древние знания, добытые из Веды, руны и формулы защиты, выведенные нашими руками, превратили дом в неприступную крепость.

Фрау Шмидт широко раскрытыми глазами смотрела на это безумие, прижавшись спиной к Шульцу.

— Господи… — шептала она в ужасе. — Они же всё крушат…

— А мы выстоим! — твёрдо заявил я, чувствуя, как каждая формула, каждая руна на стене отзывается в моём существе, пьёт мою силу, но взамен даёт непоколебимую уверенность, что мы действительно выдержим этот удар.

Но эта уверенность длилась недолго. Только я произнёс эти слова, как снаружи раздался оглушительный треск, будто сами небеса рухнули на землю. Изумрудный купол над домом на миг погас, а затем вспыхнул с такой силой, что стало больно смотреть. Это были не короткие единичные удары, как до этого, а целая серия, барабанной дробью обрушившаяся на нашу защиту.

Я почувствовал это едва ли не каждой «клеткой» своего магического резерва, расход маны которого стремительно скакнул. В висках застучало, в глазах помутнело. Я едва удержался на ногах, схватившись за подоконник.